Краски любви

В вагонах сидели парочки. Ехали целые семейства, видимо, в гости или на концерты. Одинокие мужчины и женщины выглядели понаряднее утренних и дневных. Но на пассажиров Катя внимания не обращала. Она думала о вещах гораздо более серьезных.

Глава 12

Она в домашней обстановке

В «Макдоналдс» они все же не пошли. Самсон категорически заявил – обедать в первый день приезда в Москву племянница должна у него дома. Продукты уже закуплены, тратить лишние деньги в американской забегаловке Гнусняк не желал.

Огромный дом с башенками не произвел на Злату никакого впечатления.

Она разочаровалась, не обнаружив в доме бассейна и спортивного зала:

– Зачем, дядя, ты построил такой большой дом, если в нем нечем заняться?

Самсон проворчал, подразумевая, что ему не до спорта, а вместо бассейна у него есть джакузи.

– Джакузи – это приспособление для стариков, – убежденно заявила Злата.

Познакомившись с Тарзаном и весело рассмеявшись его прозвищу, племянница с горбуном моментально подружилась. Тарзан смущался, но исполнял прихоти девочки с видимым удовольствием.

За обедом Злата попеняла дяде, что тот неважно готовит, и пообещала впредь заниматься обедом самостоятельно.

– Надо есть больше овощей, – сказала она, уминая куриный окорочок с жареной картошкой.

Самсон размышлял о предстоящем похищении художника и не слушал щебетания племянницы. Злата скоро поняла, что дядя думает о чем-то своем. Она потеребила его за рукав и, потребовав внимания, заявила, что желает общаться с молодежью.

– По соседству живут нормальные ребята? – спросила она и, выпив стакан сока, полезла в сумочку. Самсон с удивлением наблюдал, как девушка достала пачку сигарет, извлекла из нее длинную тонкую сигаретку с золотым фильтром и капризно оглянулась по сторонам. Первым отреагировал Тарзан. Он зажег спичку, и племянница, удовлетворенно улыбнувшись, пустила струйку дыма, закрученную в колечко.

«Однако, воспитание…» – подумал Гнусняк, но промолчал.

Было заметно, что девушка ведет себя привычно.

Стало быть, в Польше курение семнадцатилетней барышни нареканий не вызывает. Когда дядя понял, что племянница требует от него сведений о местной молодежи, он разозлился:

– Я с соседями не общаюсь, – сердито сказал он, – нечего окружающим совать сюда нос.

– Ты живешь, как медведь в берлоге! – воскликнула Злата и, не дождавшись ответа, добавила: – Значит, я сама разберусь. Одна я сидеть не умею. Без друзей в доме как в гробу.

«Наглая девчонка», – решил Самсон.