Подарок дьявола

В шкафчике над умывальником хранилась большая коробка гаванских сигар.

Алекс открыл оба крана. Бешеные струи водопадами хлынули на белую эмаль, и через три минуты чугунная чаша наполнилась. Молодой человек погрузил себя в ее горячее нутро, поболтал ногами, поплескался и залег, вывесив руки за чугунные берега. Неужели он после нудного рабочего дня так же, как и дед, изо дня в день будет смывать с себя запах денег? Зачем их зарабатывать в таком количестве? Он и раньше спрашивал об этом дедушку. Иван Алексеевич на тему денег шутить не любил.

«Ты, малыш, должен понять, деньги – это в первую очередь ответственность, – сказал он однажды внуку. – Подумай, сколько людей останутся без работы, если я закрою дело. Сколько мальчиков и девочек не смогут получить образование? Скольким служащим придется вернуть свои купленные в кредит дома и квартиры… Представляешь, какое горе принесет один мой безответственный шаг. На вкусную жратву, дорогие машины и шикарных баб мне хватит до смерти, да и тебе тоже. Но мы же люди? А человек должен отвечать за свои поступки».

Иван Алексеевич за свои поступки отвечал, но почему Алекс должен отвечать за поступки деда?

– Сашенька, скорее! – Семен Григорьевич вбежал в ванную, схватил полотенце. – Иди к нему, Сашенька. – Старый слуга впервые обратился к молодому хозяину так ласково.

Выскочив из горячей воды, Алекс выхватил у Сотова полотенце, наспех обтерся, напялил пижаму и побежал за Семеном.

В спальне деда он застал родителей и с десяток врачей.

– Дедушка скончался, – трагическим тоном сообщил Дмитрий Иванович и перекрестился. Страшная новость, высказанная по-английски, покоробила внука. В доме Ивана Алексеевича говорили только на родном языке. Старик лежал, откинув загорелое, румяное лицо на подушки, и смотрел в потолок. Алекс отвернулся. Он не хотел видеть, как отец патетическим жестом закрывает дедушке глаза, как встает на колени и картинно молится.

– Потелюй его, синок. – Маргарет взяла Алекса за руку и, уколов острыми коготками, тихо пожала ее: – Уви, все ми смертни…

Хоть мама и проявила такт, заговорив с сыном по-русски, Алекс вырвал руку из ее коготков и вышел из спальни.

К себе в мансарду он подниматься не стал, а спустился вниз, прошелся по дому и остановился возле своей бывшей детской комнаты. Открыл дверь и словно шагнул на семнадцать лет назад. На диване сидел огромный медведь Ваня. На полу выстроился целый парад автомобилей. Господи, какие они стали маленькие.