Повесть о пережитом

Я даже Маркса перелистывал при нем. Мы козыряли к месту и не совсем афоризмами житейской мудрости, выписанными из Шопенгауэра. По его инициативе сели мы за Большую советскую энциклопедию и начали конспектировать отдельные интересные слова, начиная с первого тома, с буквы «А». Мы не курили и многих отвлекли от этой забавы, вытащив один из афоризмов: «Папироса – это суррогат мысли». Чтобы уменьшить боль от пережитой мной трагедии с изменой Мельник, я твердил вслух и про себя тоже заимствованное: «Мир знал женщин красивых, умных, решительных, но мир не знал женщин честных!» И становилось легче на сердце.

Девушек Гошка действительно презирал. Почему? Никто объяснить не мог. Решили как-то ребята разыграть его по этому поводу. Организовали ловушку: был у нас в школе такой теплый коридор между двумя корпусами, мимо которого никак не перейти из корпуса в корпус. Высчитали время, когда он должен оказаться в этом месте, и подговорили Клаву Ошеву, самую знаменитую нашу красавицу, участвовать в этом розыгрыше.

Она должна была остановить его в этом проходе и спросить в присутствии всей компании, почему он проходит мимо и не хочет поговорить с ней, когда у нее к нему есть вопрос. Не могли предположить ребята, какой из этого конфуз получится. Все шло точно по расчету. Клава остановила Гошку там, где было намечено, и кокетливо задала ему свой вопрос. Гоша оглядел всю компанию, мгновенно сообразил что к чему и сказал:

– Не обижайтесь, Клава, вас лично это не касается. Я отвечу цитатой из Фенимора Купера.

Есть такое место, где Кожаный Чулок говорит: «Там, где воронье слетелось на падаль, гордому соколу нет места!» – сказал и спокойно пошел дальше.

«Воронье» осталось с разинутыми ртами, а «падаль» залилась слезами. Зря, конечно, обидел Гошка Клаву, но такой он был непредсказуемый. После случая с Ошевой остались мы как-то вдвоем, и я спросил его:

– Ты действительно презираешь девчонок, даже смазливых?

– Да! Смазливых тем более.

– И как это тебе удается?

– А того, что сказал Шопенгауэр, тебе не хватает?

– Мне не хватает, девчонки – не женщины.

– Тогда я расскажу тебе свой секрет. Начинает она со мной кокетничать, строить глазки, а я представляю себе ее в это время сидящей на унитазе и крепко тужащейся. От очарования ничего не остается, противно. Попробуй мой метод, поможет.

Такой был Георгий Соснин.

Хорошо, когда у тебя перед глазами живой человек, достойный примера, которому веришь, на которого хочется походить.