Призрак с Вороньего холма. Дружба бандита

Степан захлопнул крышку капота, принес из гаража две канистры бензина. Одну убрал в багажник, из другой залил горючее в бак, протер руки смоченной в бензине тряпкой и сел за руль.

Водил он так, словно это была последняя поездка в его жизни. Неказистый универсал Ижевского завода, повизгивая резиной на поворотах, шел за сотню. Олегу все время казалось, что он вот-вот рассыплется. Но ветеран держался.

– Где ты его откопал? – Поинтересовался Голенев.

– Бати машина.

– Отец жив?

– Помер.

Не доезжая Адлера, они свернули в гору.

Каменистый проселок круто уводил вверх. Движок едва тянул подъем на первой скорости. Они въехали в старый мандариновый сад и остановились возле дома. К машине бросились три здоровенных волкодава. Зверюги скалились в окна и громко брехали. Степан выключил фары и нажал два раза на сигнал. Через несколько минут дверь дома отворилась, и из нее, пригнув голову, появился огромный мужик. Голенев присвистнул:

– Это и есть твой карлик?!

– В нем два пятнадцать.

Карликом его прозвали братья. Они еще выше.

Карлик-великан что-то шепнул собакам, волкодавы поджали хвосты и исчезли. Степан выбрался из машины и поздоровался с мужиком за руку. Хорьков и сам был не коротышкой, но рядом с хозяином дома выглядел десятилетним ребенком:

– Привет, Хорек. Давненько тебя не видел. – На удивление Голенева, огромный человек говорил тонким, почти женским голосом: – А это с тобой кто?

– Свой.

Олег вышел и протянул великану руку:

– Бывший капитан, афганец.

– А я Илюшка, по кличке Карлик. Можешь Ильей величать, а можешь и прозвищем, мне до фонаря. С чем приехали?

Степан кивнул на Голенева:

– Он скажет.

Олег выступил вперед:

– А что у тебя есть?

Хозяин вынул из кармана две черных тряпицы, ловко завязал им глаза, взял, как детей, за руки и повел по тропинке. Через двадцать метров сад уперся в скалу. Карлик плечом налег на огромный плоский камень и легко его сдвинул. Камень скрывал нишу. Великан включил фонарик и высветил ее содержимое.

В оружии Олег разбирался неплохо. Помимо легендарного Калашникова, ему доводилось стрелять из короткоствольного израильского автомата «узи», английского «стерлинга» и даже американского «игрэма», но здесь он увидел нечто другое.

В небольшой пещере в навал громоздилось оружие времен второй мировой войны. Ржавчины на боевом антиквариате Голенев не заметил. Металл поблескивал слоем смазки, как в армейском оружейном складе.