Рабыня Малуша и другие истории

– Как, уже? – заволновалась жена.

– Не оставаться же нам здесь. Через пару-тройку дней город будет сдан.

– Аглая, – засуетилась было Мария Игнатьевна, но муж остановил ее.

– Что ты хочешь от нее? У тебя же вещи не распакованы…

– Ну, как же! Постельное белье, скатерти, посуда…

– Оставь все Аглае с Капитоном. Нам и без того придется мотаться по Европам. Зачем нам лишняя обуза?

Вошедшая в комнату Аглая спросила:

– Звали, Марья Игнатовна?

– Позови Капитона, и оба приходите сюда, – распорядился Владимир Георгиевич.

– Ну, настало время прощаться. Капитон, форму выбрось, а лучше сожги, ничего армейского с собой не бери. Поможете нам сесть на пароход и… береги вас Бог.

– Спасибо вам за все, – нежно проговорила Мария Игнатьевна, слегка приобняв девушку. – Не держите на нас сердце, если чем-то обидели вас.

Аглая заплакала, а Капитон поклонился хозяевам в пояс:

– Береги вас Бог в скитаниях ваших. Спасибо вам, вашбродь, за доброту и вам, хозяюшка, за ласку и привет…

– Теперь у вас не будет «благородий», привыкайте, – пожал руку бывшему денщику полковник.

– И вам доброго пути и удачи, – Капитон вытер слезу рукавом. – Столь лет были вместе, попривыкли мы к вам…

– Да, такое не забудется, – расчувствовался и Владимир Георгиевич. – Ну, присядем на дорожку, и в путь…

Город гудел. Все уже были наслышаны о зверствах красных, и полуобезумевшие горожане бегали кто на причал, кто-то, собрав немудрящие пожитки, устремлялся прочь из города, сгибаясь под тяжестью поклажи.

Патрули безжалостно расстреливали грабителей на месте, но это не помогало. На причалах собралась огромная толпа стремящихся любой ценой попасть на любой корабль. Никакие увещевания и попытки объяснения, что заберут всех, не помогали.

С вытаращенными безумными глазами, с охрипшими голосами люди совершенно потеряли голову. И только казачьи цепи, образовавшие коридор к судам, сдерживали толпу и пропускали исключительно по пропускам.

Казаки действовали решительно: им было обещано место на корабле, поэтому лишние пассажиры им были не нужны, – они могли занять предназначенные для них места.

Капитона и Аглаю, из уважения к полковнику, допустили до самого трапа. Но как только они передали на борт вещи, их тут же оттеснили в сторону. Поручик Васечка помог Владимиру Георгиевичу внести вещи по трапу в каюту.