Страсти по Высоцкому

Высоцкий был сверхчистым, очень трогательным человеком. Но и очень скрытным, индивидуальным. От него не исходило зло. К особенностям его внутреннего мира относилась одна редчайшая деталь – ему невозможно было отказать. Ни в чем!

Володю я очень любила, и он ко мне относился безукоризненно, как к подруге. И был всегда откровенен. При его жизни никогда ничего о нем не рассказывала. А уж после Володиной смерти тем более. Считаю это, мягко говоря, неприличным. Ведь Высоцкий сам ответить уже не может. И как бы «правильно», аккуратно вы ни рассказывали, ничего хорошего, значительного не получится.

После смерти Высоцкого у него вдруг оказалось огромное количество самых близких друзей. Почему-то при жизни их не было. Для меня не важна публичность. Я совершенно не тщеславна. Мне не нужно, чтобы все знали, что я была его лучшей подругой. Мой муж, который был Высоцкому близким другом, их даже считали двоюродными братьями, не знает того, что я обсуждала с Володей. В вопросах личной жизни такого человека все слишком тонко и ранимо.

Романов у Высоцкого было, кстати, очень мало. Но его преданность любимым женщинам сохранилась в их сердцах до сегодняшнего дня. Доверие, если оно есть, – вещь особенная. Его привязанности и внутренние переживания были такими же – особенными.

Таня и Марина фактически ушли в подполье. Ксюша Ярмольник любит поговорить. Принципиальный человек никогда не расскажет свою правду о личной жизни Высоцкого… Поэтому все, что связано с Володей – это табу…

Автор

После выхода моей первой книги я неожиданно получил письмо от замечательного высоцковеда (без кавычек),

Леонида Фурмана.

Живет он на Украине в городе Хмельницком:

«Похоже, отношения между Майоровой и Высоцким были больше, чем доверительными. Так, по крайней мере, мне представляется после прочтения интервью.

Обратите внимание на заголовок: «Мне не нужно, чтобы все знали, что я была лучшей подругой Высоцкого! Трогать его личную жизнь никому не позволено!»

Если женщина вдруг такое заявляет, да еще о ВВ, который от женщин требовал, чтобы а) лежала; б) тихо; то видно, что ей хочется и есть что рассказать.

Расспросы о подробностях романа ВВ с Иваненко, наверное, для нее просто оскорбительны. И нет ничего удивительного, что автор получил не информацию в виде каких-то фактов, а только соответствующий настрой. Но по нему чувствуется еще не остывшее влечение Майоровой к ВВ. «Вот я знаю, много знаю. Но не скажу» – такие слова из уст женщины как бы завлекают, дразнят.