Башне – нет! Петербург против «Газоскреба»

Но не стоит обольщаться этой победой – впереди предстоят очень серьезные, трудные противостояния. И надо сохранять бдительность, чтобы наш любимый город не был брошен на растерзание и распродажу.

Александр ГОРОДНИЦКИЙ,

поэт, автор песен, академик РАЕН

К Новому году петербуржцы получили замечательный подарок: «похоронку» – запрет на строительство башни «газоскреба» или «кукурузины», как «ласково» называли 400-метрового монстра жители нашего города.

Это была большая победа, достигнутая соединенными усилиями многих людей – низкий поклон им всем.

В то же время стратегом, полководцем и одновременно рядовым бойцом, принимавшим личное участие во всех баталиях, я считаю Бориса Вишневского.

Его первая статья на эту тему вышла в марте 2006 года, сразу после появления целевой программы финансирования строительства «Охта-центра». За пять лет их было более полутора сотен (!) – а еще выступления на телевидении (когда удавалось пробиться) и радио – «Эхо Петербурга» и «Свобода», интервью, комментарии, записи в блоге, выступления на митингах, в организации которых он сам принимал активнейшее участие, в частности, готовил для них листовки и газеты.

Борис выступал на круглых столах и конференциях с докладами и экспертными оценками, участвовал в публичных слушаниях по градостроительным вопросам, по бюджету, в ходе которых он вносил конструктивные замечания и предложения, в частности, добивался исключения из городского бюджета финансирования «Охта-центра».

За это предложение его сперва буквально подняли на смех, но всего через две недели губернатор внесла именно эту поправку…

Борис Вишневский был членом инициативной группы, пять раз (!) безуспешно пытавшейся организовать городской референдум о запрете возведения 400-метровой башни на Охте. Он был инициатором и участником доброго десятка судебных процессов: по оспариванию включения денег на строительство в бюджет города, Правил землепользования и застройки, в которых на Охте была указана предельная высота, не согласованная с Росохранкультурой, незаконного назначения слушаний по «Охта-центру», отказа в проведении референдума.

И, наконец, многомесячного судебного процесса по оспариванию позорного решения Смольного, который разрешил увеличить высоту башни до 400 метров.