Будущее требует новую Россию

В. Келдыша, яркий оратор, способный пробуждать намек новых путей в науке, активизировал аудиторию своей высокой компетентностью.

В этом круге выдающихся ученых я встретил доктора экономических наук (впоследствии академика РАН) Сергея Юрьевича Глазьева, горячо поддержавшего синергетическое направления в науке. Человек с большим будущим!

Говоря о синергетике, нельзя не назвать чудесного человека – Дмитрия Сергеевича Чернавского, создавшего динамическую модель информации на базе синергетического подхода.

Этот человек удивил научный мир Москвы тем, что раздал всю премию, равную по значимости и денежному эквиваленту Нобелевской премии, молодым ученым, занимающимся развитием синергетики в России (налоговая инспекция не могла решить с кого и сколько брать налоговое обложение – себе он не оставил ничего!).

В 2004 году я в последний раз встретился с лидером синергетического движения в России, ученым-энциклопедистом, тонкой души человеком Сергеем Павловичем Курдюмовым (1928-2004).

Его напутствие мне было примерно таким: «В науке трудно. Очень трудно. Но если у тебя большое сердце, делай свое дело, не боясь что-то потерять, даже жизнь».

В 2009 году я оказался в Российском Гуманитарном университете. Научная общественность Москвы и всей страны отмечало 5 лет со дня ухода от нас С.П. Курдюмова. Когда я вошел в фойе здания, где расположен Гуманитарный университет (это здание ранее занимало КБ А.Н. Туполева, генерального конструктора авиационной техники), я увидел, как Сергей Петрович Капица держит открытым миниатюрный лифт, сделанный когда-то персонально для А.

Н. Туполева, и Сергей Петрович машет мне рукой, зазывая меня в этот миниатюрный лифт. Когда я подошел к лифту и увидел его размеры, я махнул рукой Сергею Петровичу дескать езжайте один на 6 этаж. Но Сергей Петрович умудрился схватить меня за пуговицу пиджака и втянуть в лифт.

Когда двери лифта закрылись, оказалось, что мы прижаты друг к другу настолько плотно, что я усомнился, доберемся ли мы до 6 этажа.

Пока мы ехали в лифте, он с возмущением отозвался по поводу пустой информации, заглушающей добротную информацию. Пустозвонства в науке так много, что добраться до истины становится невозможно. Потом он обрушился на распределение Гаусса, которым увлекается наука, которого в реальной жизни нет. Так же резко он высказался о неинтегрируемости реальных функций. И всё это пока лифт двигался до 6 этажа.