Исчезнувшее свидетельство

Видимо, после окончания службы он намеревался пойти по стопам отца, потому тот и хлопотал допустить сына к работе в библиотеке, в которой хранились древние русские рукописи и документы…

Через несколько дней я получу новые сведения о судьбе Александра и всей семьи Мусиных-Пушкиных, причем из источника, о существовании которого мы в этот вечер даже не догадывались, но появление которого в Ярославле было прямо связано с проводимым расследованием.

В этот вечер Пташников так и не вспомнил, что хотел посоветоваться с Окладиным о первом издании «Слова», подаренном краеведу загадочным доброжелателем.

Я только обрадовался этому – неизвестно, чем для меня закончился бы их разговор.

Глава шестая. Убийство в графской усадьбе

Все, о чем историк и краевед так увлеченно говорили во время нашей последней встречи, надо было немедленно, пока эти сведения не изгладились в памяти, изложить на бумаге. И я с утра сел за письменный стол, чтобы закончить работу над очередной главой уже на следующий день.

Но вечером в моей квартире прозвучал телефонный звонок, который опять выбил меня из рабочей колеи.

Мне позвонила Лидия Сергеевна, извинилась за поздний звонок.

– Помните, я рассказывала о мужчине, интересовавшимся ценой подлинной акварели с видом усадьбы Мусина-Пушкина в Иловне? Так вот, сегодня он опять появился у нас в музее. Я хотела вам сразу позвонить, но заболела одна наша сотрудница, я ездила ее навещать и только сейчас вернулась домой…

Почему-то я упустил из виду, что Золин может начать поиски Пташ-никова с музея, поэтому сейчас ожидал от Лидии Сергеевны самых неприятных известий.

– Вы слышите меня? – удивилась женщина моему молчанию.

– Да-да, говорите. Зачем он приходил?

– К сожалению, сначала он обратился не ко мне, а к моей помощнице и спросил ее, не было ли в последнее время каких-нибудь интересных поступлений, связанных с историей «Слова о полку Игореве».

Ну, она и похвасталась, что нашлась подлинная акварель с видом мусин-пушкинской усадьбы.

– А разве акварель до сих пор не в экспозиции?

– Что вы, так быстро такие дела не делаются, – урезонила меня Лидия Сергеевна. – Надо оформить соответствующие документы, провести полное исследование экспоната и так далее.

– Понятно, понятно, – нетерпеливо прервал я Лидию Сергеевну, вроде бы намеревавшуюся изложить мне все тонкости музейного дела.