Исчезнувшее свидетельство

Мне оставалось играть избранную мною роль до конца:

– С чего вы взяли, что у героев литературного произведения обязательно должны быть прототипы?

– Не пытайтесь водить меня за нос! – Золин все больше терял контроль над собой. – Мне точно известно, что в данном случае речь идет о конкретных, реально существующих людях. И мне нужны их адреса.

– Зачем?

– Я действительно интересуюсь историей «Слова о полку Игореве».

Вот мне и хотелось бы задать им несколько вопросов, на которые, чувствую, вы ответить не способны.

– А вы все-таки попробуйте.

– И пробовать не стану, бесполезное занятие. В своих очерках об истории «Слова» вы только то и делаете, что добросовестно пересказываете содержание дискуссий между Историком и Краеведом.

– Вы так считаете?

– Я в этом уверен.

– Так вот знайте: Историк и Краевед – вымышленные лица, а все те сведения, которые они высказывают, принадлежат многочисленным исследователям «Слова о полку Игореве».

Я произнес эту фразу с такой уверенностью, что готов был сам поверить в свою искренность.

Но на Золина мое заявление не произвело никакого впечатления, он убежденно повторил:

– Историк и Краевед – реальные люди, в придачу хорошо вам знакомые. Напрасно пытаетесь меня обмануть.

– Вам неприятно?

– Хорошего мало.

– Вот видите! А сами пошли на обман.

– В чем я вас обманул? – дернулся в кресле Золин, словно его ударило током.

– Несколько часов назад вы были у редактора молодежной газеты и назвались ему Старковым, а приехали ко мне – и уже стали Золиным.

Уверен, если у вас в кармане есть какой-нибудь документ, то там указана совсем другая фамилия, – наобум сказал я, но по реакции гостя понял, что попал в точку. – Думаю, и к Корсунским, если проверить, вы никакого отношения не имеете.

Целую минуту Золин (чтобы не путать читателей, я буду называть его так) молчал, наигрывая бровями и бросая на меня хмурые взгляды.

– Значит, вы отказываетесь дать мне адреса этих людей? – пытаясь скрыть угрозу в голосе, спросил он.

– Сначала объясните, зачем вам нужны их адреса.

Золин глубоко вздохнул, словно перед прыжком в воду, и, придав лицу расстроенное выражение, как бы через силу проговорил:

– Хорошо, я все объясню, хотя сначала и не хотел этого делать. Когда-то я был владельцем первого издания «Слова о полку Игореве», которое вы упоминаете в своем последнем очерке. Затем книга исчезла у меня. И вот из вашего очерка я вдруг узнаю, что она находится у человека, названного вами Краеведом.