Несгибаемые

Разве мог их дармовой труд на лесоповалах и в исправительных лагерях компенсировать то, что смогли бы свершить эти труженики своим умением, созидая страну?! Кстати, такая же участь постигла и младшего брата папы – Андрея Васильевича, который сгинул бесследно в этих лагерях, и на хрупкие плечи несгибаемой женщины – его жены Марии Ивановны взвалились заботы о выживании дружной и трагичной семьи, в которой кроме трех дочерей была еще престарелая мать.

Судьбы многих людей показали всю глубину нравственного раскола советского общества в конце 30-х годов.

С одной стороны – работяги, продолжатели семейных трудовых традиций, люди высокой морали. И их было большинство. С другой – приспособленцы, завистники, горлопаны, прислужники, подхалимы у власти и приближенные к ней. Подобные им лицемеры и поныне часто определяют восприятие того времени. Люди с разными моральными нормами и принципами оказали в дальнейшем огромное влияние на жизнь нашей семьи в целом и судьбу каждого в отдельности.

Глава 2

Семья «врага народа»

Жизнь нашей семьи уже не могла быть прежней.

Мирная, спокойная и счастливая, она оборвалась в один момент. Арест отца разделил ее на жизнь «до» и «после».

До – это какие-то едва проблескивающие воспоминания о светлом мире, ласковых руках родителей, рождественских и пасхальных праздниках, запахе парного молока, поездке с дедушкой Ильей Илларионовичем через старый сад на покос… Да разве возможно перечислить все то, что вразброс выхватывает память и заставляет млеть стареющее ныне сердце!

После – это постоянно холодеющее внутри тебя сознание нескрываемого презрения ровесников и тяжелого груза семейных забот.

Это сбор посылок отцу и тревожное ожидание вестей. Это наши письма к нему и зачитываемые до дыр весточки из неволи. Это постоянные тревоги, беспокойства, хлопоты. Их хватало каждому в семье. Лишь на считаные минуты мы могли оторваться от домашних забот, огорода, рынка, школьных заданий, чтобы поиграть в лапту, погонять футбольный мяч или покататься на самодельных лыжах.

Вспоминая то время, преклоняюсь перед мужеством и невероятной силой духа мамы – Рогатиной Марии Ильиничны, во всем необоримом величии проявившей любовь и преданность мужу и детям. С пятью детьми на руках, без работы и нажитого добра она не оставила надежду вырастить детей здоровыми, выучить их, дать профессию, чтобы всегда могли заработать на жизнь, на ломоть хлеба.