S-T-I-K-S. Антагонист

Он чисто интуитивно не доверял полупрозрачным существам и предпочитал сохранять верность родным соснам, скалам, озеру с форелью и животным.

Животные, бедные животные… Зверушек эльфы не жалели, проводили генетические эксперименты, и визжащие на все лады подопытные летели с дирижабля в кластер Карусель. Целые туши падали в пасти зараженных, отожравшихся до опаснейшей элиты. Подобный зоопарк откармливался намеренно и выращивался с умыслом. Свирепые твари блокировали единственный проход к заветному порталу.

Отряды внешников иногда проскакивали через Карусель хитростью или тупо пробивались с боем. В таких случаях подключалось населяющее Райский стаб иммунное зверье, выстраивая вторую линию защиты. Все живое при появлении чужих впадало в панику, панику чутко улавливал портал и сразу реагировал. Плавающий над землей пузырь закрывался или исчезал, перемещаясь. Все вроде продуманно, надежно, но портал выходит в Улей, где свои причуды, и оборона эльфов дала трещину.

Прикол Улья на этот раз состоял в том, что у иммунных встречалось умение «любовь животных», перед которым вторая линия защиты исчезала и рассыпалась на мелкие осколки. Зверье встречало такого человека словно бога, любило и оберегало. Умение делало его хозяином не только одного портала, но и всего стаба, а склонное к порядку руководство гильдии торговцев утвердило должность Хранителя на ближайшем заседании. Первым Хранителем торжественно заступил Компас, который хорошо выполнял свои обязанности, пока неожиданно не сгинул.

Исчезновение Хранителя вызвало нервозность, и немедленно засуетились внешники. До них дошло, что появился шанс перехватить проход, и до торговцев докатились слухи, что разыскивается свежак с умением «любовь животных». В гильдии перепугались, торговцы подключили все свои возможности, и появился только что попавший в Улей Фаза, которому и без того яркое умение усилили и прокачали жемчугом.

Фаза чувствовал, что вымотался, устал от одиночества, и начал опасаться, что одичает без человеческого общества. Приходилось вынужденно говорить с котом и вороном, а с Маруськой так вообще установился контакт, похожий на телепатическую связь. Он при большом желании мог теперь смотреть на мир через единственный собачий глаз, где бы та ни находилась и ни бегала.