Сноуден: самый опасный человек в мире

Потом Гринвальд нарушил молчание, сказав, что Пойтрас права и надо что-то предпринять. Он предложил максимально игнорировать Макаскилла, по возможности делая вид, что его не существует. Пойтрас молча кивнула и извлекла из сумки флешку.

«Что это?»– спросил Гринвальд. «Секретные документы», – ответила Пойтрас. Она пояснила, что Гринвальд должен изучить документы на флешке, которую прислал ей анонимный источник из Гонконга. А по прибытии туда Гринвальд получит свою собственную подборку секретных документов.

Сразу после взлета Гринвальд достал купленный вместе с Пойтрас ноутбук и углубился в изучение документов на флешке. Следующие шестнадцать часов полета он только и делал, что читал документ за документом. Одни из них были такими же шокирующими, как презентация «Призмы», с которой он успел ознакомиться ранее. Другие производили еще более сильное впечатление.

Первым на глаза Гринвальду попался ордер, выданный судебной комиссией по надзору за внешней разведкой. Эта комиссия была учреждена американским конгрессом в 1978 году после того, как комитет под председательством конгрессмена Черча обнаружил, что правительство США десятилетиями занималось незаконной электронной слежкой.

Американскому правительству было позволено продолжить слежку, но только под наблюдением судебной комиссии, чтобы предотвратить злоупотребления. Мало кто имел возможность ознакомиться с ордерами этой комиссии, поскольку им автоматически присваивался наивысший гриф секретности. Доступ к ним был разрешен только горстке правительственных чиновников.

Тем не менее известно, что с 1978 по 2002 год судебная комиссия по надзору за внешней разведкой ни разу не отказала АНБ в выдаче ордера на электронную прослушку. А с 2003 по 2012 год количество отказов было ничтожно мало – менее 0.06 %. При этом судебная комиссия внесла незначительные поправки в менее чем 3 % общего числа заявок от АНБ.

Сверхсекретный ордер, который Гринвальд прочел по пути из Нью-Йорка в Гонконг, представлял особый интерес по двум причинам.

Во-первых, он обязывал телекоммуникационную компанию «Веризон» передавать в распоряжение АНБ все регистрационные записи о телефонных соединениях своих абонентов. Это означало, что АНБ тайно и без разбору собирало информацию о звонках десятков миллионов американцев.

Во-вторых, в ордере было сказано, что этот массовый сбор информации осуществлялся на основании американского «Закона о патриотизме».