S-T-I-K-S. Второй Хранитель

 – Да мы тебя спасти хотим от смерти, понял? Ты один тут через сутки сдохнешь!

– Кто баран? Зачем баран? Да я весь твой род, весь твой домовой книга… – заступился за друга Сухроб и подкрепил сказанное эмоциональной тирадой на незнакомом языке.

В ответ раздался гогот как минимум четырех глоток.

– Да вас тут чего, двое? Еще чурбан с тобой? Не ссы, копченый, тебя заберем тоже!

– Шаакал ты ванючий, свинья, собака! Ты людей убивал кирка в голова – я видел! Тебя в турьма пасадить или застрелить нада!

– Каких людей, ты что, копченый, вообще рамсы попутал? Мертвяков мы били! И запомни – мер-твя-ков! Если их не бить, то потом вырастают вот такие руберы, который вас чуть не порвал только что.

Кстати, чем вы его так прижарили, неужели электричеством? Ребята вроде слышали – генератор тарахтел. И запомните, что все, кого мы бьем, уже не люди. Они зараженные, а теперь твари мутировавшие, понял?

Мародер складно барабанил, и Максим слушал его с интересом. В голове крутилось множество вопросов, но оскорбленный Сухроб их задать не дал и взвился как ужаленный.

– Ты сам тварь копченый! Магазин грабил, людей заражал, убивал кирка! Какой мертвый, зачем мертвый – он ходит, он просто с ума сошел. Менты придет, приведет врач – сумасшедший вылечит. А тебя будет в турьма сажать. Абизьяна тоже ты привез и выпустил! Такой в зоопарке ни бывает.

Сухроб перевел дух и, услышав в ответ коллективный смех, продолжил расписывать мародерам их незавидное будущее более спокойно:

– Тебе бежать быстрее нада.

В Сирию или Ирак бежать нада, на война. Там от ФСБ прятать будут, от ментов, но пи…сом будешь.

– Это почему я там обязательно пи…сом буду? – обиженно, под общий хохот, спросил «бодрый», но Сухроб начал успокаиваться. Ругаться надоело, и он ответил ровным голосом: – Ты за базар не слидишь савсем, плохое говоришь про человек, а такой пи…ас сразу.

– А ну, заткнулись! Быстро! Эй, парни, выйди кто-нибудь на свет, говорить будем! – раздался властный незнакомый голос.

Макс подошел вплотную к искореженной стальной баррикаде с дохлым монстром.

Со стороны улицы стоял невысокий коренастый человек, почесывая черную окладистую бороду. Он поднял руку и, не дожидаясь приветствия, продолжил:

– Значит, так, хлопцы. Как бы вы к нам не относились, но прислушаться в ваших интересах. И знайте, что никто и никого силком не тащит. Если слушать не желаете и все знаете сами – только скажите. У нас двое тяжелораненых, и особо базарить с вами некогда.