Аты-баты, шли солдаты

 – Люба, где открытка?

Люба поднялась, порылась на отодвинутом в совсем уж неподходящее место письменном столе, нашла открытку и протянула ее полковнику. Командир прочитал, пустил по рукам.

– Странное послание. И без подписи.

– Нет, закорючка стоит. Видишь?

– А почерк-то – женский. Учти, Люба.

– Где это – Подбедня?

– Может, розыгрыш?

– Нет, не розыгрыш, – сказал Константин, получив наконец-таки открытку и еще раз перечитав ее. – Когда мне в детдоме отцовский орден вручали, помню, разговор был насчет станции Подбедня.

– Какой орден?

– Отечественной войны, – ответил капитан. – Люба, где орден?

– Может, в папиной коробке? – неуверенно сказала Люба. – Посмотри в кухне, на полке. Круглая такая коробка, из-под конфет.

В маленькой кухне возле заставленного посудой стола сидел отец Любы и плакал. Сопел, всхлипывал, но не утирал слез, которые стекали по его худым, изрезанным морщинами щекам.

– Что с вами, Илья Иванович? – с испугом спросил Константин, войдя в кухню. – Вам плохо?

– Лук режу, – улыбнулся сквозь слезы старик.

 – Люба велела луку нарезать, а он, понимаешь, больно вредный оказался.

– А почему к столу не идете? – спросил Константин, открывая дверцы настенного шкафчика. – Неудобно получается, Илья Иванович.

– Ты уж прости, Костя. Не к лицу я молодой компании. Перво-наперво – не пью. Второ-навторо – острого не ем. Только испорчу вам весь праздник. К тому же – полковник там.

– Ну и что? – Константин выставлял на стол различные кухонные предметы и разговаривал через плечо.

 – Съест он вас, что ли, полковник?

– Да что ты, Костя, – махнул рукой старик. – Я их смолоду пугаюсь. И полковников, и генералов. Я и лейтенантов-то робел всю дорогу. А с живым полковником, может, всего раз в жизни и разговаривал. Когда орден получал. Ты чего ищешь-то?

– Орден отцовский, – ответил Константин. – Люба сказала, что в коробке из-под конфет, а где эта чертова коробка?.. Ага, вот она.

Константин вытащил круглую жестяную коробку из-под леденцов и, сдвинув посуду, вытряхнул из нее содержимое.

Множество памятных медалей на старых колодках, орден Отечественной войны и несколько выцветших фотографий тридцатилетней давности.

– Вот он.

– Это не он, – не согласился старик. – Этот – второй степени. А у твоего бати – первой. – Он достал из ящика стола красную коробку. – Я его отдельно храню.

– Спасибо, Илья Иванович. – Константин взял коробку. – Уберите все здесь, ладно?

И вышел из кухни.