Подкладка изнанки Ада!

Понятно, что в таких условиях от психологической совместимости двух обязательных членов экипажа (а именно с таким минимальным числом людей разрешает летать чёртов Космоустав! Потому что без «живого» общения космическая «шиза» косит буквально за два-три года. А вылечить её не смог пока никто. Ни в одном «дурдоме».) зависит не то, что слаженность действий. А и жизнь!

– Рассказывай. – Джо рассматривал планету, которая теперь занимала почти половину огромного экрана. А что: симпатичная планета. Перистые облачка кое-где перекрывают очертания не то – континентов, не то – больших островов.

А вообще-то площадь океана явно намного больше, чем на родной старушке-земле…

– Расстояние до местного солнца – одна и две десятых астроединицы. Сутки составляют двадцать шесть часов. Крупных спутников нет. Гравитационный индекс – один и ноль три стандартного. Давление атмосферы – семьсот восемьдесят три миллиметра ртутного столба. Кислород – двадцать два и четыре десятых процента. Остальное – азот, и почти так же, как на земле: пары воды, криптон, и прочие благородные в виде тысячных долей.

Ну, и углекислый газ. Среднесуточная температура у земли – восемнадцать Цельсия.

– Понятненько. Что там с зондами? – это, потирая руки в предвкушении, влез Пол.

– Включаю картинку.

На боковых мониторах возникла вначале дёргающаяся и расплывчатая, но быстро стабилизировавшаяся картинка с первого, а чуть позже – и второго зондов.

– Сканнеры показывают присутствие живых организмов.

Кролики. Олени. Птицы. Мыши. Насекомые. – Мать выводила на экран укрупнённое изображение того, что засекли сканнеры – в схематичном виде, голубыми голографическими линиями.

Ну и ни фига они от земных, привычных, не отличались.

– Хорошо. Значит, жить можно. Как насчёт людей?

– Пока – никак. Живых нет.

– Как это – живых – нет?! Ты на что это намекаешь? Что остались только мёртвые?!

– Нет. И мёртвых не осталось. – голос компьютера как всегда был мягок и спокойно-нейтрален, – Все давно рассыпались в прах.

Если точнее – три тысячи девятьсот лет назад. Вот, вывожу на центральный то, что сохранилось из архитектуры.

На центральном возникли руины – судя по планировке, огромный когда-то комплекс. Сейчас белеющий невыгорающим мрамором обвалившихся колонн и обрушившихся стен и балок потолков. Травы и кустов вокруг как обычно росло полным-полно. Спасибо, хоть джунглей, как в южной Америке, не имелось.