Разрешенная фантастика – 1

Впрочем, остальные поработали не хуже: на месте Пентагона теперь лишь безобразная воронка со следами подземных уровней: ни дать ни взять – угольный карьер!

Правда, Политики, и умело направляемые бумагомараки-журналисты в одной упряжке с телевизионщиками представили всё так, как было выгодно всё тому же чертовому Правительству!

Главное сделано: населению указан Враг Номер Один! Азиатские магнаты – спонсоры террористов! И выбран этот враг, ясное дело, неспроста: вероятней всего, из-за остатков всё той же восточно-азиатской нефти, которую надо бы прибрать к рукам…

Жаль принесённой Третьим жертвы.

Может, она была и не напрасной.

Но…

Свои-то грехи он, пожалуй, искупил.

2.Другое солнце.

Рассказ.

Кнут Хольгерсон сдержался – лицо осталось бесстрастным.

Он и вообще-то не слишком любил инопланетян, а уж любить эту Расу… Смог бы, наверное, только какой-нибудь извращённый эстет. Или ярый ксенофил.

А больше всего, как ни странно, напрягал лёгкий запах мускуса – сам по себе приятный, но в сочетании с тем, что представало взгляду… Всё же, скорее, что-то чисто на уровне инстинктов было в его собеседнике отталкивающее, негуманоидное.

Чужое.

Он повторил вопрос, немного изменив порядок слов, полагая, что его всё же поняли неправильно:

– Так эта вспышка… Эта пульсация – она не убьёт нас, если мы всё же останемся на корабле?

Существо, которое они называли для простоты так, как звучало хотя бы отдалённо похоже на то бульканье, что оно издало при знакомстве – Моисей – переступило с ноги на ногу.

Порывисто сцепило лапки перед собой, словно в мольбе: тщетной мольбе достучаться до тупоумных самовлюблённых кретинов-космонавтов. Пасть открылась, закрылась, и снова открылась – тонкий хлыстообразный язык с раздвоенным концом облизал четыре ряда мелких белых зубов, и послышался сип и присвист с хрипами, которые преобразовал наушник транслятора:

– Я же сказал. Не убьёт. Но то, что она может с вами сделать – гораздо хуже смерти! Превращение. Преобразование. Изменение сути… Не знаю, как это называется в вашем языке, но смысл попробую объяснить получше.

В вашем мире ведь есть пчёлы?

– Да, есть. – Кнут кивнул. Он отлично понял, что Моисей имеет в виду. Очевидно, преобразование из личинки в имаго… Аналогия уместна – нечто вроде пчёл на Тристане водилось. И биолог экспедиции, Марек Новотны, успел (с помощью дроида, конечно!) неплохо изучить весь цикл жизни и метаморфоз насекомых, похожих, впрочем, скорее на здоровущих шмелей.