Война под терриконами. Донецкий сборник

Когда закрепили концы невода, Студент поспешил выйти из воды и предусмотрительно отлёг подальше от реки, в прибрежных кустах.

– Миша, а шнур у тебя не коротко получился? Успеешь смыться? Витков не маловато сделал? Шо-то и конец совсем рядышком, – беспокойно спросил он Браконьера.

– Ты не ссы, мы же её в воду бросим. Там шнур дольше горит… Успею! – уверенно улыбаясь, бросил через плечо Миша и вошёл по пояс в воду с взрывчаткой в одной руке и зажигалкой в другой.

– Да кинь ты её с берега, – ещё больше заволновался Лёня, вдруг вспомнив что-то про особенности горения огнепроводного шнура в разных средах, о которых им рассказывали ещё в мотострелковом батальоне, когда он воевал под Новоазовском.

– Не, не доброшу я. Да у меня тут целых сантиметров десять торчит. Успею! – уверенно крикнул Браконьер и поднёс пламя к концу шнура.

Студент, пряча голову под бушлат, вдруг отчётливо вспомнил занятия по сапёрному делу в прежней части, где суровый усатый беспалый прапорщик-сапёр тоном дотошного наставника, не терпящим возражений, чётко докладывал: «Огнепроводным шнуром тротиловую шашку обязательно надо обмотать не менее четырёх (!) раз, оставив конец для поджога не короче (!) тридцати сантиметров, так как скорость горения шнура на воздухе один сантиметр в секунду и боец должен успеть добежать до укрытия… Надо помнить, что под водой шнур горит гораздо быстрее, чем на воздухе, и чем глубже он находится, тем выше эта скорость из-за увеличения давления на глубине…»

Уже услышав гулкий звук взрыва и ощутив над головой лёгкий порыв горячего ветерка, Лёня, осеняя себя крестом, подумал: «Капец Мише! Привет родителям! Аминь и царствие небесное!.

.»

…Сквозь рассеивающийся вдоль течения дым постепенно вырисовывался отчётливый силуэт ссутулившегося человека, сжимающего голову обеими руками и пытающегося выйти на берег, сильно мотаясь из стороны в сторону. Он буквально полностью был покрыт всем осадочным шламом и прочей склизкой вонючей мулякой, которые были подняты с того места реки, куда Браконьер так «профессионально» забросил взрывчатку в надежде на богатый улов.

Когда Студент, «уронив челюсть», увидел охреневшие глаза впавшего в когнитивный диссонанс человека в «парике» из ниспадающих водорослей, то упал на колени и, ухватившись за живот, принялся в истерике и приступе гомерического ржания кататься по траве.

Миша наконец-то выбрался из воды и, усевшись на прибрежный валун, начал постепенно снимать с себя «парик» и прочие «гостинцы» со дна Кальмиуса.