Тёмное фэнтези, тёмная фантастика

Такой роскоши Ратибор не видал даже в палатах у Земского князя!

Канделябры с сотнями свечей – явно из чистого золота! С потолков свешивались помпезные златотканые занавеси-драпировки, а на столах…

Чего только не было! Осетрина! Икра! Кувшины с вином! Караваи белейшего хлеба! Не говоря уж о всяких привычных маринованных-грибочках-огурчиках, пирогах с зайчатиной и утятиной…

Вадак оглянулся и кинул короткий взгляд на Ратибора. Тот, кое-что вспомнив, засунул левую руку под кольчугу, и обхватил матерчатый треугольничек.

Всё исчезло.

Они стояли в большой и мрачной пещере, с потолка и стен которой капала вода, собираясь на полу в зловонные лужи. Вадак ринулся вбок, к темнеющему в стене круглому лазу, ранее прикидывавшемуся великолепным зеркалом с резной рамой.

Протискиваться пришлось по одному. Но дальше тоннель снова расширился, и они вновь смогли бежать. Ратибор ни о чём не спрашивал, и только с сожалением вспоминал о призывных аппетитных ароматах…

Пришлось отпить снова – солнце жгло немилосердно.

А во фляжке уже почти ничего не…

Ладно, будем надеяться, что осталось немного. Вон – впереди замаячило что-то чёрное.

При ближайшем рассмотрении оно оказалось высоченной стеной – ну почти такой же, как он воздвиг для волкольвов. Но не из стекла, а из гранита. И высотой – не пять саженей, а пятьдесят.

О том, что тянулась стена во все стороны, насколько хватало глаз, можно и не упоминать. Всеслав недовольно сплюнул: вот уж в основательности вредному старику не откажешь – ясно, что стену придётся преодолевать! А летать он пока не умеет.

В Книге эти страницы были вырваны. И он даже догадывается, кем. И зачем.

Потерев ладони друг о друга, Всеслав начал творить стальные клинья.

Когда первые оказались надёжно вбиты в низ скалы, он сосредоточенно полез по ним, не переставая творить и вонзать над головой новые. Так лучше видно, куда вбить следующий кол.

Лезть пришлось куда дольше, чем он рассчитывал. И сил ушло непозволительно много.

Но выпрямившись во весь рост на вершине, он понял, что этого и ждал маг – чтобы он обессилел.

Прямо перед ним стоял, широко расставив когтистые лапы, легендарный враг всего рода человеческого – Его Величество Грифон.

Вадак вдруг словно налетел на невидимую преграду – раздался глухой удар.

Ратибор не врезался в кудесника только потому, что предусмотрительно держался в трех шагах позади. Теперь, пользуясь возможностью, он молча пытался отдышаться.