Запрещённая фантастика

Когда это кино снимали, они ещё были живы и использовались…

Вот я об этом и говорю: крысы же и собаки рожали сами! И помногу! И кормили грудью, а не искусственной кашицей… А почему у людей не так?! Сейчас, во-всяком случае. Эх, вырваться бы на поверхность, расселиться… Тогда и выводковые автоклавы были бы не нужны.

– Но… Как ты укроешься там, на поверхности? Пока жив хоть один их этих – жить «как положено» не получится.

– Знаю. – она помолчала, – Но у собак и крыс было вот так.

Мэлт поспешил уверить, что вообще-то не в курсе – как это происходило у крыс.

Последнюю крысу съели, кажется, за три поколения до его рождения. Собак – ещё раньше. А учебные фильмы курсантам возможно показывать не чаще раза в год: плёнки стали слишком хрупкими. Правда, говорят, раньше всё это было на флэшках…

А флэшки – это что-то для компьютеров. А последний компьютер сдох сто с чем-то лет назад. Что-то там невосстановимое полетело… Совсем, как у Мэлта в подразделении, когда задымил двигатель подъёмника третьей шахты.

Его не смог починить даже Армейский Инженер. Сказал, что обмотка сгорела. И жест сделал: палец книзу… Всё ясно.

Ну, сгорела, так сгорела. К поломкам и сбоям работы оборудования люди привыкли. Вот где реально помогает «философский» подход: работает – отлично. Сдохло – и …рен с ним. Спишем. Демонтируем и унесём вниз – на заброшенные Уровни, если мешает проходу. Если же не мешает – пусть стоит. Памятником о механизации жизни…

И поскольку нового движка у них нет, приходится теперь загружать только два конвейера: таскать ящики, стало быть, нужно чуть дальше…

Ну а крысы и собачки погибли потому, что соорудить подходящие для них противогазы не смогли разработчики из Конструкторского.

А противник как раз начал применять Табун. Вот и пришлось съесть. Не пропадать же белку! И теперь, получается, некому повреждать коммуникационные Сети и продовольственные склады врага… Правда, они вынудили и врага съесть своих дрессированных зверушек – разработав в ответ Сезар…

И вот теперь они точно – один на один.

Нос к носу. Только люди – против людей.

Сотни раз он задавался вопросом, и задавал его Старшим: как получилось, что их Город – оказался единственным на Планете обитаемым городом?!.. Больше похожим на странный, вытянутый в глубину, муравейник: Ярусы и Уровни, построенные, и нарытые десятками поколений без изначального Плана, превращали их жилище в непроходимый для непосвящённого Лабиринт. В котором сейчас использовалось едва ли треть помещений.