Собирай и властвуй

[Год двадцатый] Вторая мать

Хлада, город-порт Тёплая Гавань

[1]

И улочка кривая, и домик самый скособоченный – значит, то самое место. Идти сюда одной было опасно даже днём, но ждать больше Рута не могла. Ребят Виргила не решилась просить, а девчонок просить себе дороже: будут потом судачить, зачем ей алхимица понадобилась, сойдутся, понятное дело, на одном, на этом самом. Куда же Натала запропастилась? Второй месяц нет. Она бы выручила, за ней, как за каменной стеной. Главное, что вынесла Рута из плавания по Горячей: женское легко переплавляется в мужское, мужское – в женское.

Дверь была приоткрыта, Рута толкнула, переступила кривой порожек, спросила:

– Можно?

Грубо сколоченный стол, за ним старуха – страшная, как есть страшная. Глубоко посаженные глаза, нос крючком, бородавка на подбородке, да ещё с волосками…

– Заходи, – прокаркала, поправляя лохмотья.

У стола на треноге стоял котелок, в нём что-то булькало, исходило красноватым парком. Под потолком пучки высушенных трав, свисают гирляндами, на полу бусы и шкуры, клубки шерсти и мотки проволоки, кристаллы и фигурки, вырезанные из корней.

– Здоровья, бабушка, – Рута поклонилась, – долгих лет…

– Чего хотела?

– Мне бы артефакт…

– Если чадо вытравить, то шуруй отседова, запрещено теперь! Али не слышала, что хладовлад повелел? Брюхатых не принимать, содействия им не оказывать, повинные да будут посажены, кхе-кхе, на кол.

– Нет, мне не вытравить, – быстро сказала Рута, – мне от кошмарного сна.

– С этим тоже шутки плохи, – старуха воздела скрюченный палец, – эфирный уровень, понимать надо.

– Не откажи, бабушка, – Рута всхлипнула, – пропаду я…

– Ну, не реви, не реви, – смягчилась алхимица, – помогу, чем смогу. Расплатиться-то есть чем?

– Дерево у меня, – Рута положила на столешницу два бруска, подумала, добавила третий.

– Не люблю дерево… – проворчала старуха, – ну, да ладно.

Попробовала каждый брусок на зуб, два отложила в сторону, один бросила в котёл. Варево тут же сменило цвет с красноватого на зелёный, потянуло чем-то затхлым, сухим.

– А оно сразу поможет, – спросила Рута, – или нужно будет ещё раз приходить?

– Зависит от того, как много выпьешь варева, как быстро деревяшки сгрызёшь, кхе-кхе.

– Что, правда?

– Нет, кривда, – хрипло рассмеялась алхимица, – шуткую я.

Над котлом уже поднимались серые и зеленоватые пузыри, лопались, разбрызгивая изумрудные искры.

– Как красиво… – залюбовалась Рута.