Как мы с Вовкой. История другого лета

Вернувшись, мы уселись в ожидании шашлыка. Чуть позже дядя Анзори всё принёс. Запах стоял такой, что я задумался о том, что, может, и правда захочу стать как дядя Анзори.

– А вы знаете, как у Анзори этот самолёт появился? – спросил дядя Миша, разделавшись со своим люля.

Нам стало интересно. Дядя Миша рассказал, что на этой трассе все дальнобойщики знают дядю Анзори. И все знают, что очень давно он мечтал стать лётчиком. Вот кто-то и привёз ему из одной из поездок списанный детский автомат в виде самолёта.

– Да, – согласился шашлычник. – Когда-то мечтал стать лётчиком, крутить бочки и мёртвые петли. Даже в училище лётное хотел поступать. А в жизни вон как бывает – кручу шашлык и люля, – рассмеялся дядя Анзори.

Дядя Миша сказал, что не знает, какого лётчика мир потерял, но если бы дядя Анзори поступил, то хорошего шашлычника определённо бы лишился. Он тоже в детстве мечтал быть капитаном корабля, а сейчас вот бороздит сухопутные трассы нашей родины. Так что все на своих местах.

Мы ещё немного посидели и, попрощавшись, поехали дальше. А мне захотелось в будущем стать одновременно и лётчиком, и дальнобойщиком. Может быть, есть лётчики-дальнобойщики. Но так, чтобы ещё и шашлыки можно было крутить.

За рулём

Глава 3

Последние километры пролетели быстро. Я уже успел оценить все прелести обладания собственным автомобилем. По меньшей мере нам не грозило идти по жаре от райцентра до деревни.

Мы проехали мимо сельпо.

Я вспомнил прошлогоднюю добрую тётеньку-продавщицу, которая подарила мне балалайку. Ну и деда, который вернул её обратно. Затем промелькнуло здание почты. Поля и луга, раскинувшиеся почти до горизонта, перебегали через речку, а затем, переходящие в лес, проплывали за окном «жигулей» василькового цвета. Ещё один поворот, и мы на месте.

Папа остановился возле забора и вышел из машины, чтобы освободить проезд. Для этого необходимо было вытащить из одного пролёта две длинные жердины, которые перекрывали доступ во двор.

Чаше всего они перекрывали въезд для лошади, ну или мотоцикла. Но в этот раз во двор должны были въехать семьдесят семь лошадей.

Бабка сидела на лавке у крыльца и со стороны наблюдала эту картину. Сначала подъехала какая-то незнакомая машина. Затем из неё вышел мужик и начал разбирать её забор. Бабке это не понравилось.

– Эй, ущербный! – окликнула бабка мужчину, в котором не признала нашего папу.