Сансара, тормози!

Я очень подробно разъяснил ей, что она как мать имеет преимущественное право заступиться за своего сына, требовать от всякого паразита оставить Валерика. Я достаточно ясно осознавал, что веры в ней даже на горчичное зерно не наберется. Но зная нашего Бога и Его милость, уповал на Его благодать и любовь.

Через три дня мамашка позвонила мне и шёпотом сообщила, что сегодня Валерик выполз из комнаты и сказал: – Мам! Прости меня! Сам не знаю, что со мной случилось. Будто бы это и не я вовсе был.

И снова ушел к себе в комнату.

Она спросила не надо ли ей больше молиться?

– Ну кашу маслом не испортишь. Молись больше. Это и твоей душе полезно, – ответил я

– Может, ему уже купить смартфон хотя бы? – выдала она на одном дыхании.

Я выругался на идиш[13 - Идиш – Еврейский язык германской группы, исторически основной язык евреев, проживающих в центральной и северной Европе. На нем также разговаривали евреи, проживающие на территории Российской империи.]. Она спросила:

– Что Вы сказали? Я не поняла?

– Я сказал: купите лучше ему машину сразу, – ответил я.

 – А лучше – две.

– У него нет прав, – а потом, будто споткнувшись, – добавила – Вы, наверное, иронизируете?

– Вам очень повезло, что Вы не рядом со мной. Иначе я бы уже снял ремень и хлестал бы Вас по заду. И это не шутка, – прорычал я. – Все! Молитесь дальше! Мы с Глашей тоже молимся о Вас и Валерии, – добавил я примирительным голосом и положил трубку.

Еще через неделю мы очно познакомились с эльфом. Только он уже не был эльфом.

Перед нами сидел отличный улыбчивый парень с современной стрижкой и маленьким старым телефоном в руке. Я помолился о нем, и потом Глафира попросила нас выйти. Она долго говорила с Валерием с глазу на глаз. А я говорил с его мамой. И, когда Валерик вышел, она вдохновлено спросила, внимательно заглядывая в глаза сыну:

– Пойдём, я куплю тебе новый телефон?

– Нет! Мама! Я пока с этим похожу, – ответил серьезно Валера – Потом заработаю и куплю себе сам, – и, улыбнувшись, добавил: пойдём, отравимся фастфудом.

Мать засияла счастьем и, подхватив сынка под руку, они вышли за двери нашего офиса. Мы с Глашей переглянулись с улыбкой, и на сердце у нас было хорошо. Но мне подумалось, что наш удел таков, что когда человеку плохо, он ищет нас, стоит в очереди иногда по несколько месяцев, а когда хорошо, даже не вспоминает. Ну что же? Участь наша такова, что к нам идут только в горе и тяготах… Тогда, когда теряют надежду.

НОЧНАЯ ИНТЕРМЕДИЯ.