Девушка-Слон Ганнибала Книга Первая

Его тень тоже металась туда-сюда, словно он не знал, приблизиться к ней или отойти. На нем была странная шляпа, высоко надвинутая спереди и низко надвинутая сзади.

Я шла по противоположной стороне тропы, держась подальше от палатки. Я чувствовала на себе взгляд раба Лотаза. Должно быть, он спрятался где-то в темноте за пределами палатки и наблюдает.

На развилке тропинки я остановилась, чтобы посмотреть на Элефант-Роу. Легкий ветерок собирал опавшие листья и шептал их вдоль тропы. Я слышала лишь приглушенное урчание нескольких животных-явный контраст с тем, что было днем, когда я подняла на ноги все стадо.

Несколько висячих ламп раскачивались на ветвях деревьев, и некоторые животные жевали остатки своего сена, но большинство из них уже улеглись спать или дремали на ногах. Одинокий Водяной мальчик все еще работал над своей задачей.

Покидая Элефант-Роу, я гадала, как спит Оболус. Опустится ли он на колени, положив свой огромный вес на колени, или повернется на бок? Конечно, его ребра треснут под огромной тушей.

Возможно, он спал стоя, но тогда он мог бы упасть ночью. Я решила пойти туда как-нибудь ночью, посмотреть, как он отдыхает.

Вскоре я подошла к тому месту, где раньше работала рабыня, прядя пряжу, но не увидела ее. В палатке было темно внутри.

Шум от столиков Изабель донесся до меня еще до того, как я завернула за последний поворот тропы. Я догадалась, что это солдаты, которые шутили и смеялись за ужином. Я содрогнулась при мысли о том, что они снова смеются надо мной.

Но еще больше меня пугало выражение лица Изабель, когда я признаюсь ей в несчастном случае с вином.

Один из солдат объявил о моем прибытии прежде, чем я успела поговорить с Изабель. Когда я проходила мимо первого столика, он повернул ко мне свое волосатое лицо.

"Дай мне немного хлеба, девочка!" крикнул он. “Как же я буду есть это рагу без хлеба?”

Изабель обернулась на звук голоса солдата и чуть не вывалила миску горячего Конту лука на колени мужчины. Она смотрела на меня со смесью удивления и раздражения, но вскоре это выражение сменилось облегчением.

Затем она посмотрела на своего сына Джабнета с я-сказала-тебе-так взглядом. Он стоял у первого стола, наливая вино в чашу, протянутую ему одним из солдат.

Я видела что Джабнет уставился на меня, его глаза широко и рот открыть.

"Черт бы тебя побрал, парень!" крикнул человек с чашей, когда Пурпурное вино перелилось через край и потекло по руке. "Убирайся, пока я не сбил тебя с ног.