Жонглёр

Николай II движением головы отбросил ненужные в данный момент мысли и сел дописывать письмо. Как всегда, он был аккуратен и последователен в мелочах и старался не позволять чувствам брать верх над разумом. Хватит тех напастей, которые ознаменовали его восшествие на престол. Но эта трагедия уже в прошлом. Слёзы высохли, ужас испарился, пора начинать жить сегодняшним днём и новыми надеждами на завтра, которое будет, просто обязано быть прекрасным. У него нет в этом сомнений, осталось только убедить в этом супругу.

– Старый век издыхает в мучительной агонии и, как смертельно раненое животное, хватает всех без разбора и тащит за собой в небытие. Заря нового дня вот-вот встанет над миром, который радостно сбросит оковы прошлого! Нельзя жить прежними правилами и помыслами. Весь мир видит, как под надуманными домыслами, сфабрикованными обвинениями, грозная Британская империя навалилась своей мощью и пытается задушить маленький, но гордый бурский народ. Испокон веков мы, православные русские, протягивали руку помощи обиженным и обездоленным.

Надо формировать отряды и двигаться на юг Африки, дабы помочь добыть свободу народу буров! – Молодой человек, обняв рукой чугунную мачту уличного фонаря, вещал с вершины тумбы тридцати-сорока прохожим.

Толпа апатично слушала, не осуждая и не поддерживая борца за права буров. Для многих это была своеобразная форма развлечения. Где ещё увидишь бесплатно такое зрелище? И не важно, что он там молотит – собака лает, ветер носит.

Щеки оратора горели, глаза блестели, и голос срывался, слова выскакивали друг за другом, но искры из слушателей они не высекали. «Вот он, образец для подражания», – подумал Леонид. Пока оратор вещал, он скользил взглядом по толпе, почему-то уверенный, что может встретит здесь Елизавету. Но её он не заметил.

Но чем больше слушал речь молодого человека, тем сильнее она вызывала волну необъяснимого раздражения у студента третьего курса юрфака. Слишком обще, гладко. Ни о чём.

А надо – собираемся там-то, тогда-то, с собой иметь то-то и то-то. Фирсанов пошёл прочь от любопытствующей толпы на площади возле посольства королевства Нидерландов. Но потом вернулся и, сцепив зубы, стал дожидаться окончания «пламенной» речи агитатора.

– А теперь я предлагаю вам записаться в добровольческий отряд, который отправится с оружием в руках воевать за свободу буров! – воскликнул оратор, спрыгнул с тумбы и даже достал сложенные листки бумаги.