Жонглёр

– Брать! Обязательно брать! И анисовых капель не забудь, а то меня в карете укачивает, – напомнил лакею старик.

– Слушаюсь, – ответил Николашка и притворил двери.

Такого поворота событий Леонид не ожидал ни при каких обстоятельствах. Он думал, что родственника придётся долго упрашивать, вымаливая рекомендацию. А тут… Надо было срочно выводить старика из игры. Но как?!

– Алексей Иннокентьевич, так капель придётся брать ведро, а может, и бочку. Это же морем месяц плыть? – как бы между прочим заметил племянник.

– Морем месяц?

– Так точно! – почему-то по-военному отрапортовал Фирсанов. – А может статься, и больше. А как шторм налетит? «Море вздуется бурливо, закипит, подымет вой!» Тут не предугадаешь.

– Месяц морем не выдержу. Всего себя в море стравлю. А на лошадях?

– Пустыня же! Падут лошади. Все.

– Жаль, очень жаль. Никалашка! Николашка! – Едва лакей протиснул голову в щель между створками, старый граф распорядился: – Мы никуда не едем!

– Понял, батюшка, – лакей с неизменной интонацией принял новую вводную и прикрыл дверь.

– Так я хотел бы милостиво просить вас…

– Так я же тебя благословил уже! – удивился Алексей Иннокентьевич. – Иди! Ступай! Воюй, но смотри, не урони фамильной чести! Коли покроешь себя позором – в мой дом ни ногой! Ославлю!

Да, время безжалостно даже к самому светлому уму и горячему сердцу. Если замыслил наказать Господь, то первым делом отбирает ум.

– За благословение особое спасибо, – с нотами лёгкой грусти сказал Леонид, – но мне нужна рекомендация редактору, собственноручно вами написанная.

– Собственноручно?

– Да.

– Николашка! – Бесстрастное лицо лакея возникло в проёме. – Принеси бумагу и письменные принадлежности. Только смотри, чтобы чернила были хороши!

Когда всё было принесено, граф под диктовку Леонида долго и тщательно выводил вензеля и завитушки своего рекомендательного письма. По привычке густо посыпав бумагу песком, протянул её Леониду.

– Вот, получите, молодой человек! Одного письма достаточно?

– На самом деле мне нужно три рекомендации от разных людей. Сейчас подумаю, к кому я могу обратиться.

– А чего думать! Я сейчас напишу к двум своим товарищам по службе. Они, думаю, по дружбе не откажут боевому товарищу.

И через десять минут оба письма были написаны.

– Уж не знаю как и благодарить вас, Алексей Иннокентьевич?! – растерялся от такой отзывчивости старого графа.