Три дня на перекрёстке

Так что, моральных и аморальных ограничений у тебя нет! – У Карины лихорадкой порозовели щёки, а глаза подёрнулись томной дымкой, – хорошо, давай предположим нашу встречу в твоём времени. Мне 52, я пожилая тётка… Не перебивай! – Карина, поднятой рукой, сцепленной с кистью Ивана, осадила «упрямого» собеседника, – я же выслушала весь бред твоей нелюбви к «богатым и знаменитым»!

Иван, не ожидавший такого напора, смутился и потупил взор.

– Итак, мне 52, я пожилая баба. Тебе 53, ты молодой, красивый мужик. Ты в мою сторону даже не посмотришь.

Не то, что секс! Мне на твоём месте, было бы противно! Повторюсь, технически, мы ровесники. Что тебя останавливает, не понимаю! Мне 18, никакого «палева». Прости за жаргон… Я вижу, что я тебе нравлюсь. А ты – нравишься мне. Сама судьба свела нас, зачем этому противиться? – Карина поднесла кисть Ивана к своему лицу и поцеловала.

Иван сдался, притянул Карину к себе и поцеловал – в податливые, жаждущие губы.

– Ты меня соблазнила, бесстыдница, – Ивану, всё ещё, было не по себе.

– Заткнись, и пользуйся моментом. Это наша судьба! – девушка, не сдерживая себя более, встала со стула, и перешагнула к Ивану на колени.

– Ты права, я всю жизнь старался, пыжился, а в результате – пустота! Пора плыть по течению!

– Ты можешь заткнуться, и уже раздеть меня! – Карина никогда не испытывала подобного. Этот парень, своими странными разговорами, занудством, и даже презрением к её окружению, так распалил её, что она не понимала – это пролог для любви или, она просто сходит с ума?

А Иван, поддавшись очарованию Карины, отбросил свои последние сомнения и погрузился в этот любовный омут с головой.

Он перестал думать и беспокоиться. Зачем? Ведь, почему-то, он оказался здесь, и встретил эту красивую и «во все времена», недосягаемую для него девушку. Он поднял Карину на руки и отнёс в спальню, на огромную, деревянную кровать. В его голове попыталась мелькнуть мысль – «про удивительность этой кровати для СССР», но осеклась и пропала в водовороте желания, беспощадно увлёкшего Ивана в бездну этой избалованной и высокомерной девчонки…!

– К моему счастью, ты не девственница.

Мы в 1988 м? – Иван обнял и поцеловал обнажённую и разомлевшую после секса Карину.

Та отвлеклась от своих мыслей, села на кровати на колени, и совершенно не смущаясь наготы, заполонившей собою спальню, задорно улыбнулась любовнику: «Да, в 1988 м… Я не ожидала, что ты способен на такое! Ты почти час «любил» меня! Только не сердись, пожалуйста.