Три дня на перекрёстке

Карина, как будто в насмешку над странной модой, бросила на Ивана всё своё обаяние. Высокая, стройная, с длинными ногами и утончёнными руками. Все линии её тела явно намекали на спортивный разряд или как минимум приверженность к физкультуре. А, огромные, голубые глаза и чувственные, как будто очерченные скульптором губы, с сияющей улыбкой, вдребезги разносили абсурдность чересчур высокого лба и выдающегося носа. Густые, тёмно-русые волосы, безжалостно изуродованные химической завивкой и подрезанные под плечи, в дань моде 80х, лишь усиливали её притягательный образ.

– Не думала, что в «совке» такое могут делать, – Карина вернула гостю часы, – если бы папа не сросся со своей золотой «Ракетой», я бы пристала к вам с этими часами. Но это бессмысленно, папа свою «Ракету» ни на что не променяет. А я не хочу, чтобы мой подарок достался Арсенчику.

– Вы так не любите брата?

– Он старше меня на 5 лет, ну вы и сами это знаете, но ему, несмотря на обычай потакать младшим, достаётся всё самое лучшее. А мне не потакают, а наоборот постоянно понукают мной и придираются ко мне.

«Карина иди туда, сделай то». Арсен бездельник, хитрец, врун, но, почему-то, вся любовь достаётся ему. Даже эта квартира, подаренная мне дедушкой, была отдана ему. И только, после нескольких неприятностей с местными ментами, когда папа поднимал все свои связи, чтобы отмазать Арсенчика, братца эвакуировали на Таганку, под присмотр бабушки. Она тоже его страстная почитательница.

– Сочувствую, – Иван застегнул часы на руке, – может он потом остепенится.

– Нет. В нашем роду все мужчины бедовые. У Арсена талант в физике и математике. Он с лёгкостью поступил в Бауманский, но на 3 курсе бросил. Скучно ему. А был на потоке одним из лучших. Сейчас фарцует. Идиот. Вся семья умоляет его вернуться в институт, декан факультета каждый год в августе звонит отцу, спрашивает как дела у Арсена, когда он вернётся. А этому идиоту хоть бы хны. Скучно, – Карина щёлкнула плиткой шоколада и, отправив маленький шоколадный квадратик в рот, запила его чаем.

– Может ещё не нашёл себя. Я вот, хоть мне и за 50…

– Никогда бы не подумала. Вам можно дать не больше 40.

– Спасибо за комплимент.

– Это не комплимент, это правда. Я бы хотела, чтобы мой муж в ваши годы выглядел так же молодо. Как вам это удаётся? Какой-то секрет?

– Никаких секретов, – улыбнулся Иван Карине, которая ему очень понравилась, хотя он и знал, что отношения с ней невозможны, – я не пью, не курю, режим дня: сон и еда. Физкультура.