Ааргх в эльфятнике

Рассказывать ему, что наша первая встреча состоялась во дворе у герцога, когда она пришла наниматься на работу и получила приказ: «А ну, крошка, завали-ка вон того ааргха!» – и что из этого вышло?

Потом мой хозяин пустился долго и нудно объяснять мне разницу в психологии мужчины и женщины – «да, скорее всего, не сегодня, нет, может быть, я не знаю, но…» – выстраивая на основе одной этой тирады целую систему мировоззрения! После того как он добавил в качестве иллюстрации ещё с полсотни примеров из «личной жизни», я окончательно разочаровался как в мужчинах, так и в женщинах.

Но продолжал молчать.

Эшли перешёл на цитирование полезных советов по массажу и траволечению, расслабляющих и переключающих гормоны у воинов моего типа в иное русло, более сознательное и подходящее для воспроизведения, но тут…

– Всадники. – Я заткнул его одним взглядом и ещё раз внимательно прислушался.

Со стороны дороги, вдоль которой мы двигались лесом, раздался отдалённый дробот копыт.

Тайная полиция возвращалась… Мы хорошо слышали, как всадники рассредоточились, как зазвучали разумные и правильные команды, как они, аккуратно разделившись на два отряда, углубились в лес по обе стороны от дороги, держась на расстоянии видимости друг друга.

– Отступаем мы тактически? – на довольно приличном гномьем уточнил мой столичный господин.

– Нет смысла. Лес – это не плац для манёвров, верхом человек не проедет и сотни шагов, как потеряет за деревьями напарников.

А судя по всему, эти люди быстро учатся и отнюдь не желают сгинуть в наших дебрях по одному…

– Кстати! Хорошая идея, Малыш! Мы не могли бы разжиться у них парой лошадок?

Подумав, я признал, что идея в самом деле хоть куда. Если тайная полиция добровольно решила обеспечить нас бесплатным транспортным средством, то почему бы и нет? Дорога-то, по сути, свободна, раз все прочёсывают лес. Оставалось надеяться, что такая же прогрессивная мысль посетит головы гномов или эльфа.

Лучше эльфа, ибо на всём свете наверняка нет худших наездников, чем гномы. Они искренне, от всей шахтёрской души, не любят лошадей, и лошади охотно отвечают им тем же!

– Идём на охоту. – Мы обменялись такими понимающими улыбками, от которых наверняка передёрнуло бы любого агента тайной полиции. Всё-таки Эшли успешно перенимает повадки и юмор коренных жителей фронтира.