Хватай Иловайского!

Я тоже предпочёл бы удрать под шумок, но куда там… На крики голого трупоеда быстро сбежался народ. А какой народец живёт в подземном городе нечистой силы, объяснять, полагаю, не надо уже никому?.. Не прошло и минуты с того момента, как бедный мясник ухитрился выдернуть из-под фартука застрявшую стрелу, как мы с ним оказались в плотном кольце облизывающихся горожан. Причём на Павлушечку никто слюни не пускал, главное блюдо тут по-прежнему вкусный я…

– Глянь-кась, сожители, – протёрла глаза старая ведьма с бородавочным лицом.

 – Неужто мясник в свою лавку живого хорунжего привести умудрился?

– Кажись, так, – поддержали её два молоденьких упыря журавлиной стройности. – Да тока нам-то с того одно взаимное мордобитие?

– Да уж! – погромче прокашлялся я. – Традиций нарушать не следует, Хозяйка не одобрит. Раз я пришёл, давайте не филонить тут… Засучили рукава, и чтоб каждый два раза соседу в рыло!

– Минуточку, дамы и господа, – неожиданно вмешался какой-то клыкастый хмырь, когда нечисть уже привычно разбилась по парам в приблизительных весовых категориях.

 – Что мы как дети, право? Чуть увидели хорунжего, и в драку…

– Так это ж сам Иловайский! – шёпотом пояснили ему.

– Я в курсе. Имел честь, так сказать, и тоже был за него бит. Но, может, мы его пока хотя бы свяжем? А то опять как все в себя пришли, а казаком уже и не пахнет…

– Дык… почему бы и нет-то? Дельная мысль! – перешёптываясь, признал народ.

Я с подозрением покосился на двух… трёх… четырёх бесов и ведьм, двинувшихся ко мне с верёвками.

Поумнели, что ли? Не, не, не, мы так не договаривались…

– Павлушечка, придержи хорунжего, чтоб не убёг, покуда мы буцкаемся!

Интеллигентный людоед-патологоанатом, знаток латыни, радостно обернулся и… Я даже сам не сразу понял, как взлетел ему на шею, свесил ножки и приставил заряженный пистолет к уху:

– К Хозяйке, бегом, живо!

– Гляньте-ка, чё творится, а?! – вновь взвыла та же бабка, угрожающе тряся грудями. – Энтот маньяк в папахе да эполетах нашего мясника посредь бела дня угоняет! В Турцию, поди? А там ещё евнухом горбатиться продаст, уйму деньжищ на том слупит, а нас навсегда без мяса покойницкого оставит… Не пущу-у!!!

– И впрямь, Илюшенька, – вмешался брутального вида плечистый чёрт с чёлкой набекрень и усиками квадратиком.

 – Слезли бы вы с уважаемого Павлушечки, он нам всем очень дорог. Мы даём честное слово, что не заставим вас долго томиться связанным – быстро подерёмся и не больно вас съедим.