Моя жена – ведьма

Толстый проводник быстренько сбегал к высоким лицам первого ряда, что-то доложил, получил соответствующие указания и жестом предложил мне занять место «профессора на кафедре». Я поднялся на площадку, встал на трибуну и дружелюбно улыбнулся присутствующим.

– Серега, не дрейфь! Мы с тобой… Я – слева, Циля, как всегда, по правому флангу.

– Анцифер! – раздраженно раздалось сзади.

– Ша! Не будем устраивать драматических сцен, все-таки перед нами Высокий Совет. Хозяин уже поприветствовал благороднейшую публику, так что, я чую, представление начинается…

* * *

Следом за мной на площадку вышел один из «коричневой» братии с коротким докладом.

– Этот человек прошлой ночью напал на процессию францисканцев, шедших в наш монастырь. Братья провели в пути двое суток, не останавливаясь на отдых и не гася факелов. Увидев на дороге чужеземца в нехристианской одежде, они обратились к нему со словами смирения и человеколюбия, но он бросился на них с кулаками, изрыгая страшные богохульства…

– Не спорь! – в один голос зашипели оба близнеца мне в уши, Фармазон слева, Анцифер справа.

 – Не перебивай, это послужит признанием твоей вины. Дай обвинителю высказаться, а уж потом приведешь свои аргументы. Они тоже вежливо выслушают твою версию, тут и добивай их логикой и фактами!

Я стиснул зубы. В свое время меня вот так же поливали грязью на писательском собрании, так что опыт вынужденного молчания имеется. Но как же это горько, несправедливо и стыдно сносить плевки в лицо, ожидая своей очереди для ответа… Да и ответить подлецу его же оружием все равно невозможно.

– …после чего он выспался в одной из наших келий, плотно пообедал, а в благодарность за наше гостеприимство самым черным заклинанием лишил дара речи преподобного брата Иосифа. Теперь этот человек, утверждающий, что он не колдун, говорит, будто бы знает тайну философского камня. Не мне судить его, ибо сказано в Писании…

– Сереженька, приготовьтесь, сейчас вам дадут слово, – вновь зашептал белый ангел.

– Режь им всю правду-матку в лицо! – поддержал Фармазон.

– Но ради всего святого, ни слова о жене-ведьме, – напомнил Анцифер.

– А почему это он, собственно, должен перед ними врать, лебезить, выкручиваться?! – возмутился черт, так что мне пришлось слегка цыкнуть на обоих.

– Теперь пусть ответит колдун, – прозвучало над притихшим залом.

По-моему, это сказал кто-то из первого ряда, видимо, они уже посовещались и решили все-таки меня выслушать.