Красная надпись на белой стене

Для пользы народа иудейского нам следует докопаться до истины – по чьей вине поруганы святыни.

– Задачи сложные и этим интересные, достойные лучших детективов Вавилонии, то бишь нас с тобою, дядюшка!

– Да уж! Сыщиков более проницательных не найти во всей империи. Кстати, нам предстоит явиться во дворец к временному правителю Дарию Мидянину. Он официально нас уполномочит на совершение расследования.

– О, я рад! Мне еще не приходилось видеть монаршие хоромы. Хоть и много я в молодости путешествовал по Вавилонии, но в столичном царском дворце не бывал!

– Вот и узришь своими глазами, дорогой Акива, каково оно, истинное великолепие!

– Смею надеяться, нам выйдет неплохая награда за успешное дознание.

А ты как думаешь, дядюшка?

– Вполне возможно. Тут мы и проверим щедрость Дария. Однако, вспоминаю я о том, что прежний хозяин хоть и не баловал меня наградами, зато я частенько бывал принят во дворце, и слово мое ценилось.

– Ты всегда на шаг впереди меня!

– Я старше тебя, племянник! А сейчас не пора ли нам перейти к делу?

– Пожалуй!

***

– Рассказывай, что тебе, а, вернее, нам, уже известно, – промолвил Акива.

– Итак, я приступаю, – деловито сказал Даниэль, – внемли. Сперва я сообщу то, что услышал от Сины.

– Кто это – Сина?

– Жена Валтасара. Теперь уже вдова.

– Буду во дворце – выражу соболезнование вдове.

– Ты образец учтивости. Так вот, Сина сказала, что Валтасар за день до смерти устроил роскошный пир.

– По какому поводу?

– Это не известно. Думаю, не имеет значения.

Гуляка Валтасар любил попойки и был изобретателен на поводы. Сина поведала мне, что под конец бражничанья муж ее вдруг ни с того ни с сего страшно взволновался, да так, что колени задрожали. Он указывал рукою на белую стену и всё кричал и спрашивал у гостей, мол, что это написано красными буквами на белой стене? Но слишком захмелевшие гости не обращали внимания на крики царя и забавлялись со своими полуодетыми милашками.

– Сина присутствовала на пиру и сама наблюдала происходящее?

– Ну что ты, Акива! Почтенная супруга государя не принимает участия в чинимых Валтасаром безобразиях!

– Стало быть, она передала тебе чьи-то слова?

– Да.

Подавальщица угощений видела всё собственными глазами, пересказала Сине и призвала ее в пиршественный зал, дабы та угомонила царя. Встревоженная Сина немедленно покинула свои целомудренные покои, ворвалась в обитель греха, увидала не в меру взбудораженного Валтасара и принялась успокаивать мужа.