Империя. Роман-утопия

Брачный контракт, скрупулезно составленный и выверенный адвокатом Раевской-Стоган, оставил разведённых супругов ровно с тем, с чем они были до женитьбы; нажитое в браке поделили пополам. (Старший Понуров скопировал контракт бывшей жены практически подчистую и впоследствии неизменно его использовал при заключении своих многочисленных браков.) Отец проявил невиданную доселе настойчивость и оставил сына у себя (впрочем, сильной привязанности к ребёнку Раевская не испытывала). Мальчик стал видеть мать несколько раз в год, приезжая к ней на некоторые праздники.

Задолго до гимназии Гостя свободно и грамотно читал и писал, помимо родного, на французском и английском языках, освоил разговорный немецкий. Получив беспримерное домашнее образование, на уроках в Дождьгородской гимназии мальчик откровенно скучал. Иной раз семилетний wunderkind задавал преподавателям вопросы, вводившие учителей в натуральный ступор.

Из одноклассников Гостик по-настоящему сдружился лишь с одним, Колькой Гавриловым, пухлым и румяным толстячком, сыном местного трактирщика.

Оба были большими книгочеями; Коля предпочитал приключенческую литературу, Гостя был всеяден. Приятели обсуждали прочитанные книги, ходили вместе в кино. Случалось, что и шалили.

После двух классов стало понятно, что уровень гимназии совершенно не соответствует незаурядным способностям чудо-ребёнка. Отец перевёл Гостика в элитный Учебный пансион им. Даниэля-1, а сам переехал в Новую Москву, где вскоре снова женился.

Учиться в Пансионе оказалось несравненно интереснее.

Образование здесь находилось почти на университетской высоте. Помимо общеобразовательных предметов даровитый отрок увлёкся здесь физической культурой: всерьёз занялся боевыми искусствами и атлетизмом. Три раза в неделю Гостя занимался Русским рукопашным боем с инструктором, четыре раза посещал тренажёрный зал, где проводил час с интенсивными нагрузками по программе, разработанной им самим. По куражу ходил в бассейн – иную неделю каждый день. Через три года после поступления вошёл в сборные пансионата по рукопашке и плаванию.

Спал он ровно по шесть часов в сутки, даже в выходные. Читал всё свободное время, и постепенно у Гостомысла сформировалось стойкое желание начать писать самому. Он завёл крупноформатный блокнот, куда стал записывать мысли, зарисовки, сценки из жизни, понравившиеся ему характеры и даже диалоги. Создал несколько коротких рассказов, но остался ими неудовлетворён и уничтожил.