Стреляй, напарник! Месть тьмы

– Пожалуйста, – великодушно ответил Сулинов. – Пользуйся на здоровье. Свою вчера купленную «нокиа» убирай куда-нибудь подальше, – он с усмешкой покосился на кнопочный телефон на Сашином столе, – а работай с этим. В нём уже и новая симка со всеми нужными номерами, и все необходимые приложения с комитетскими чатами. Так что с этого момента я больше не желаю при звонке тебе слышать фразу «Абонент вне сети». Хоть раз такое произойдёт, пеняй на себя, мехом наружу выверну!

Закончив таким суровым наставлением, Анатолий закинул в рот последний кусок шашлыка со своей тарелки.

Быстро прожевав его, проглотил и хлопнул обеими ладонями себя по коленям, как бы объявляя этим действием окончание банкета.

– Ну всё! Дела не ждут, – деловым тоном прозвучала его команда. – Нам с капитаном нужно многое сделать, а нашим бойцам – ещё больше. Так что позвольте откланяться.

Сулинов встал на ноги, следом за ним поднялись Аскер и «волкодавы».

– С завтрашнего дня наши дороги разойдутся. Я со своим батальоном в командировку, Аскер со своим заступят в патруль на левобережье.

Вам же, – он окинул взглядом Варину группу, – нести службу на правом берегу. Более подробно о своём назначении узнаете завтра с утра, на инструктаже. На этом пока всё, прощайте, даст Бог, увидимся. Честь имею! – Майор, вытянув руки по швам, слегка склонил голову, кивнув сидящим оперативникам.

– Честь имею! – в один голос повторили за ним капитан и «волкодавы».

И чуть ли не строевым шагом военные покинули квартиру, оставив ошарашенную таким церемониальным прощанием компанию в полной тишине.

Воронюк, оба внештатника и Ашас сидели словно окаменевшие от майорского голоса, да и всего, что тут было. И только Борменталь невозмутимо, хотя тоже молча, продолжал уплетать пироги.

– Да уж! – воскликнул наконец эмиссар-перебежчик, когда молчание стало в тягость.

– В смысле? – Тимохин оторвал взгляд от новенького смартфона.

– В том самом. Вот же ведь, казалось бы, грубый солдафон. Брутальный полководец. Прожжённый головорез.

А как сказал-то, как сказал, а?… – Ашас значимо поднял руку, выражая возвышенность полученных ощущений.

– А чего он такого особенного сказал-то? – делано удивился Долгоруков. – Просто обозначил наши планы на завтра и попрощался. Всего-то.

– Ну да! – согласился комитетский пленник. – Просто попрощался. Но как наш майор это сделал?! – Он снова перешёл на воодушевлённый тон. – Ты видел, какая осанка? А какие интонации? А фраза «даст Бог, увидимся»?..