Покидая мегаполис. Возвращение в русскую деревню. Как уехать из города и не пожалеть?

Но какая бурная агрессия была, когда это происходило!

Склоки в транспорте, прямо как на дискотеках, были в городе делом регулярным. Я видела и слышала их постоянно.

Но и без них сам процесс поездки был весьма картинным.

Так, стоишь, бывало, на одной ноге, практически, держась за верхний поручень, почти на нем повиснув, и чувствуешь себя безликой частью биомассы: сзади и по бокам, совсем впритык, без расстояния какого бы то ни было – люди. Их спины, бока, плечи, руки, дыхание.

И вместе с маршруткой – компактным Пазиком, эта человеческая масса колышется на волнах будничного, унылого и бесперспективного бытия, обреченного на жалкое существование и прозябание.

Дом-работа, работа-дом, заработать чтобы пожрать, залиться водкой чтобы не думать (потому и одутловатые), объесться едой, чтобы забыться (потому и оплывшие), не помнить, кто ты, кем хотел быть, о чем мечтал.

Просто смириться – пойти на завод, чтобы был дом-работа, работа-дом, заработать чтобы пожрать…

Так я тогда это видела, хотя была свидетелем не только удручающих картин.

Было и жизнелюбие, и забавные ситуации, и доброжелательность, и вежливость, и взаимоподдержка.

К примеру, когда люди добровольно трамбовались в маршрутку до упора – чтобы влезли все, продрогшие в ожидании на остановке. Когда пожилым молодые уступали места. Когда местные пацанчики с района кокетничали с девицами в мини-юбках и тоже уступали им место, а потом заводили приятную беседу о том, о сём.

Но я не придавала этим приятным аспектам значения. Я фокусировалась на плохом.

Позитивные вещи не вызывали во мне никаких эмоций. А вот склоки меня страшно раздражали. Поднимали во мне бурю негодования такой невоспитанностью, хамством, низостью. Ограниченностью. Я смотрела на всё это как бы сверху вниз.

Вот кого я считала такими же умственно отсталыми, какими нас с подружкой в деревне посчитал тот мужик – так это тех людей в маршрутках. Оказавшихся, по моему тогдашнему мнению, настолько слабыми, что, забыв обо всех своих стремлениях, они смирились с серостью бытия, согласившись быть частью системы, частью биомассы.

Между тем микрорайоном, куда мы переехали, и центром города был район заводов. Ферросплавный, Алюминиевый и другие.

Они ехали туда. Те люди, на которых, в том числе, держится наша страна. Люди, выбирающие родные города и стабильность. Люди, не стремящиеся куда-то непонятно зачем.