Вкус вампира

Вампиризм по сути своей чертовски сексуален!

Некто в чёрном крадётся в постель к невинной девушке в белом, он обольщает, одурманивает её, и вот… Первая кровь как первое причастие, знак чистоты и непорочности в её первую и последнюю брачную ночь. Кто-нибудь слышал, чтобы вампир рвал свою жертву на куски и сидел, выгрызая костный мозг, весь обляпанный кровью?! Кто-нибудь читал о вампире, насилующем девушек, упивающемся садизмом или хотя бы поднявшем руку на существо слабого пола?! Пусть их душа черна, а в сердце нет места святости, пусть их всех ждёт осиновый кол и вечное проклятие, но… Поэтизировать можно долго, и в конце концов всё равно придёшь к выводу, что всему этому нет оправдания.

Почему же мне порой так больно смотреть в глаза Сабрине, словно заточенную уверенность осины я ощущаю именно в своих руках…

– Дэн, ключи у тебя?

– Дверь не заперта, этот дом в замке не нуждается.

– Почему? – раздалось за нашими спинами. Интересно, как она ухитрилась дожить до своих лет с таким неуёмным любопытством? Мы ведь, по идее, два беспринципных кровавых вампира, а она обманутая, всеми преданная, избитая дурочка из зачуханного северного городка и…

– Ну почему?

– Сабрина, ей положено нас бояться или нет?

– Тебя боюсь только я! И то не тебя, а за тебя.

Потому что люблю, а ты вечно лезешь вершить разные глупости. Пусть подождёт до вечера, после девяти я её укушу, и она всю ночь глаз не сомкнёт от ужаса.

– Тогда она будет за нами подсматривать.

– Упс, тоже верно… а что делать?

Пока мы так препирались, Ева прошмыгнула вперёд и взялась за ручку двери. Лучше бы она этого не делала, но, увы, свою голову не приставишь. Прямо из облупленных досок двери по локоть высунулась мужская рука, ловко сцапав охотницу за запястье. Как она визжала-а-а… А вырвавшись и плюхнувшись задом на порог – ещё громче! Женщины всегда загадочны… Ведь если разобраться, то чего визжать, раз вырвалась?! Так нет! Начинающая убийца вампиров надрывалась так, словно впервые в жизни видела привидение…

– Стоять! Смирна-а-а! Кто позволил?! Кому тут е…ма, в п…ма, за у…ма, под них у…ма и ё…ма, а?!

Прямо из закрытой двери, уперев руки в бока, с самым суровым выражением на лице выплыл наш Капрал.

Обычное, я бы даже сказал, вполне заурядное привидение… Призрачный камуфляж, грудь в боевых орденах, берет сдвинут на брови, а вместо левой руки – пустой рукав, пришпиленный к плечу.