Воспоминания. Из жизни Государственного совета 1907–1917 гг.

Русская профессура на рубеже XIX–XX веков // Российская история. 2013. № 2. С. 52.]. Ушедших профессоров, занимавших свои должности на выборной основе, заменяли назначенными министерством людьми, которые получили в интеллектуальных кругах малопочетное прозвище «кассовцы»[53 - Rahvusarhiiv Tartus. ЕАА. 2100.2.150а.30.].

В Петербурге обстановка также накалялась. Гримм всеми силами пытался удержать ситуацию в руках и не допустить репрессивных мер. Но действия министерства лишь усугубляли ситуацию. Много лет спустя профессор вспоминал на страницах мемуаров: «Я пишу это в полном сознании ответственности за каждое сказанное мною слово.

Мне, как тогдашнему ректору Петроградского университета, истинное положение в университете и общее настроение профессуры было совершенно ясно. Я не стану утверждать, что среди профессоров и, в частности, среди т[ак] называемых] младших университетских преподавателей не было вовсе безответственных элементов, горячих голов, не отдающих себе отчета в серьезности положения. Мне самому приходилось некоторых из них удерживать от необдуманных шагов. Но я определенно утверждаю, что подавляющее большинство профессуры и младших преподавателей, независимо от политической окраски, было абсолютно лояльно и ставило жизненные интересы университета вне всяких политических симпатий и антипатий»[54 - Rahvusarhiiv Tartus. ЕАА. 2100.2.150а.29.]. Студенты прибегли к забастовке в знак протеста против действий Кассо. Они прервали занятия, распылив зловонные жидкости и газы. Гримм такие действия решительно осуждал и считал категорически недопустимыми. Когда в конце января 1911 г. в коридорах университета появились красные флаги и антиправительственные лозунги, он распорядился прекратить учебный процесс, чтобы не допустить расширения беспорядков и неминуемого подавления их полицией[55 - Томсинов В. А. Указ. соч. С. 24.]. И хотя Д. Д. Гримм в своих действиях руководствовался ст. 17 гл. II Университетского устава 1884 г., которая давала ректору право в чрезвычайных обстоятельствах принимать все необходимые меры для поддержания порядка в университете, даже если эти меры будут превышать его полномочия[56 - Общий Устав Императорских российских университетов 1884 года. Харьков, 1911. С. 11.], однако Кассо встретил предпринятые шаги крайне негативно. Он потребовал от ректора Гримма немедленно отменить распоряжение о прекращении занятий и возобновить их под контролем полиции[57 - Rahvusarhiiv Tartus. ЕАА. 2100.2.150а.65.]. 30 ноября 1911 г.