Невиртуальная реальность (сборник)

Когда, всеми правдами и неправдами начхоз обменял в ближайшем колхозе 50 килограмм колючей проволоки на саженцы, командир полка сменился, а саженцы, сваленные в автопарке, зимы не пережили, весной благополучно сгнили и были бесславно выкинуты на помойку.

Но ямы остались.

По заасфальтированной дороге, от казармы до КП было 530 метров, но напрямик, через пустырь, всего 500. Естественно, никто из заступавших или сменявшихся с боевого дежурства воинов не желал делать такой крюк, и все шли, бежали, ползли (в зависимости от срока службы и степени алкогольного опьянения) через перекопанную территорию, часто с громкими и не всегда радостными криками проваливаясь в ямы, весной заполненные талой, а летом дождевой водой.

Дело осложнилось, когда новый командир полка, за менее свирепый, чем у его предшественника, нрав получивший прозвище – Полусмерть, приказал покончить с этим безобразием и засыпать ямы. Виноваты были, как обычно, империалисты. После посадки на Красной Площади легкого шведского самолета, пролетевшего, среди других несчастных, через Воронежский полк ПВО, сирены учебных тревог звучали ежедневно.

Однажды ночью, согласно боевому расписанию, на КП бежал подполковник Полусмерть. Недобежав совсем немного один из главных персонажей солдатских кошмаров рухнул в лунку и, к всеобщему ликованию, сломал ногу. Приказ – привести состояние пустыря к гладкой поверхности, на которой, по меткому выражения Полусмерти, «можно будет кататься на коньках, летом на роликовых, а зимой на ледяных», получил тот же капитан Старовойтов.

В том же подпитии, как и полгода назад, с тем же юмором, он назначил ответственным того же сержанта Бухайло, который отобрал тех же солдат, которые тем же инструментом закапывали ямы, сопровождая работу теми же словами.

И нет ничего странного в том, что их работа принесла те же плоды.

Те же, да не совсем.

Дело в том, что за полгода выкопанная земля куда-то исчезла и для того, чтобы зарыть 72 оригинальные ямы, солдаты вырыли 72 ямы вторичные.

Менее глубокие, но более широкие. И если раньше минное поле имело какую-то структуру, то есть было расположено более или менее ровными рядами, то теперь оно напоминало последствие артобстрела. Фантастическим образом ямы не исчезли, а расползлись.

Пройти до командного пункта стало непросто даже днем и в трезвом виде.

И хотя «подорвавшихся», точнее, провалившихся, стало больше, то пострадавших и тяжелораненых стало меньше.