Махатма. Вольные фантазии из жизни самого неизвестного человека

Махатма. Вольные фантазии из жизни самого неизвестного человека

Давид Маркиш

Валерий Гаевский

Это первый роман о великом учёном Владимире Хавкине, первооткрывателе вакцин против холеры и чумы, написанный известным писателем Давидом Маркишем, лауреатом множества литературных премий. Владимир Хавкин с юных лет хотел изменить мир и начал с активного участия в подпольной террористической организации в Одессе, но вскоре покинул родину, чтобы оказаться в Институте Пастера. Там, открыв вакцину от холеры, он совершил важнейшее открытие в своей жизни и был назначен Государственным бактериологом Британской короны в Индии.

Он жертвовал собой и так и не обрел личного счастья, но спас миллионы жизней своей чудодейственной «лимфой Хавкина». В конце пути он нашел умиротворение в Высшей силе, которую в нашем мире принято называть – Бог.

Дорогой читатель,

Перед вами книга, которая является частью масштабного проекта по популяризации имени Владимира Хавкина по всему миру.

За этим стоит удивительная история моей семьи.

История, которая долгие годы была мне неизвестна. Я собрал ее практически по крупицам.

Желаю вам приятного чтения и очень надеюсь, что эта книга оставит след в вашем сердце.

Александр Дуэль, издатель и потомок старшего брата доктора Хавкина

Чума не очень страшна, мы имеем уже прививки, оказавшиеся действительными и которыми, мы, кстати сказать, обязаны русскому доктору Хавкину, жиду. В России это самый неизвестный человек, в Англии же его давно прозвали великим филантропом.

    А. Чехов (из письма к А. Суворину)

ПРОЛОГ

В разных местах земли птицы поют по-разному – то ли оттого, что места другие, то ли оттого, что птицы другие. Курский соловей щёлкает, московский воробей чирикает, финский филин гукает, кавказский орёл клекочет, а иерусалимский удод постанывает. Весь этот веер звуков составляет, как ни странно, песню – не вопль о помощи и не предсмертный вой, а именно песню, посредством которой певун передаёт и оглашает свои чувства.

В точности так ведут себя и люди; они, как видно, выучились этому у птиц, которые старше нас с вами.

На рассвете объединённая птичья песня висит над Бомбеем как полог – как будто само небо, его обращённая к земле жёлто-розовая подложка, тесно набита птицами: поющее бомбейское небо! А если, слушая, запрокинуть голову и вглядеться – нет там никого: ни попугаев, ни павлинов, ни сизых голубей с морскими воронами, ни золотых цапель с чёрными коршунами. Никого нет.