Человек с автоматом

], на которое имел «счастье» попасть Генка, разительно отличался от всего того, что он себе представлял по рассказам своих старших товарищей.

В первом приближении это был огороженный высоченным забором четырехэтажный особняк с просторными комнатами – залами и замусоренный плац[2 - Плац (арм.) – бетонированная площадка для проведения занятий по строевой подготовке и построений личного состава части.], с трех сторон окруженный бетонными ячейками – «боксами», чем-то напоминавшими банальные автобусные остановки.

Все без исключения «боксы» были до отказа забиты горланящими толпами призывников, еще не распределенных по «командам» и не попавшим в списки «покупателей»[3 - «Покупатель» (арм. жарг.) – официальный представитель воинской части, прибывший за новобранцами.].

Призывники порой по несколько суток кряду вынуждены были слоняться по территории ГСП в ожидании того, чтобы, наконец-то, услышать свою фамилию из уст очередного «вояки», прибывшего за новобранцами.

Все это время чем они только не занимались, но наряду с оригинальными способами «убить «время, непременным атрибутом их жизнедеятельности было бесцеремонное и непрерываемое ни на минуту поглощение грандиозных запасов домашней снеди, заполнявшей до отказа их «гражданские» рюкзаки и сумки.

Многие из призывников провели здесь уже не одни сутки и всерьез «заматерели»: безжалостно исполосовали на отдельные лоскутки свои фирменные майки, рубашки и джинсы, расписали их «изящными» фразами и личными автографами.

С важным и надменным видом старожилов они бродили от одной кучки обалдевших новичков к другой, делясь «бесценным» опытом выживания в этом маленьком «государстве» и бесплатно раздавая советы и рекомендации.

Генка не сразу понял и принял негласные законы, царившие в этой пестрой и бесшабашной кампании. Но очень скоро ему, всё же, удалось сколотить собственную – веселую и дружную – «шарагу», и с этого момента он уже успел забыть про скуку и праздное шатание по плацу ГСП.

Теперь с утра до самого вечера он беззаботно играл в карты в кругу новых своих товарищей, болтал с ними о разных глупостях и беззаботно потешался над пошлыми анекдотами и «охотничьими «историями.

В первый же день, ближе к вечеру, всю «призывную» грубо и бесцеремонно загнали в главное здание ГСП и с огромным трудом разместили на сколоченных в два этажа лежанках, сильно смахивающих на тюремные нары.