Ночь на хуторе близ Диканьки

А ныне? Ныне попробуй-ка встретить на Тверской в Москве или на блистательном Невском хоть того же чёрта?! Разве чижик-пыжик на тонких ножках прошмыгнёт вдоль Фонтанки. Нет уж, господа хорошие, придётся вам ехать за ним в нашу тихую Украину. Сюда, сюда, подальше от центра, собралась нечистая сила всех мастей…»

На этом месте господин сочинитель отвлёкся на дивные запахи борща с курятиной, свежеиспечённых ватрушек и душистого мёда. По старым традициям ужин тётушка готовила так, словно бы собиралась каждый вечер кормить роту солдат из Миргорода, а до кучи ещё и напоить их войсковое начальство.

При всём том главной печалью добрейшей женщины был хороший метаболизм её стройного племянника, сметавшего всё, но категорически отказывающегося толстеть…

– От беда така-ая, шо ж ты не ешь, Николенька?! От же гусак печёный, гля, жир так и течёт по пальцам, як янтарь! А кашки гречневой, с грибами да маслицем, я те ща и молока сверху налью да сахару насыплю сколько хошь! А расстегай с севрюжкою с пылу с жару, севрюжка-то она тока вечор в реке плескалася.

А может… стопочку перцовой аппетиту ради?

– Мы уже приняли, – радостно хихикнули сестрицы двоюродные, и, судя по румяным яблочкам девичьих щёк, не по одной. Но кто ж их осудит? Вопрос философски-риторический, а на украинской земле ещё и довольно обидный.

Не желая ввязываться в диспут и памятуя о позднем времени, Николя сказался усталым, выговорив себе разрешение удалиться во флигель прилечь пораньше. Прекрасно зная, что беспокоить его не станут, молодой человек тем не менее на всякий случай напихал разных вещей на кровать, создав таким образом не особо достоверную копию себя, спящего с головой под одеялом, спустился с подоконника, обнял здоровущего цепного пса, почесав разомлевшую зверюгу за ухом, и, перепрыгнув высокий забор, дал дёру в ночь.

А видели ли вы украинскую ночь?

О, вы не видели украинской ночи! На высоком необъятном небесном своде, прямо с середины его, глядит месяц. Земля вокруг вся замерла в дивном серебряном свете.

Чудесный воздух ночной прохладно-душен и полон неги, и медленно двигается в нём целый океан благоуханий. Умолкло далёкое село. Тихо вокруг. Вот и спят уже все благочестивые люди. И лишь городской искатель приключений на филей бесшумно скользит вдоль старого плетня к далёкой дремотной Диканьке…

– Дивитись, люди добри, який парубок гарный. – От звука необычайно нежного и по-украински распевного девичьего голоска Николя едва не споткнулся.