Дочери войны

Записка была написана рукой матери, разорвана пополам и брошена в мусорную корзину. Ни Элиза, ни Элен не поняли смысла записки, но позже им довелось подслушать самый конец родительской ссоры. Нет, им не показалось: отец и мать действительно обменивались язвительными замечаниями.

Элен тряхнула головой. Все это прошлое, а ей нужно думать о настоящем.

Сестры уже заканчивали разбор шкатулки, когда хлопнула входная дверь, и вскоре к ним подошла вернувшаяся Элиза.

– Дымом пахнет на весь дом. Нашли что-то интересненькое?

– Нет, – ответила Флоранс.

 – По большей части открытки, которые отец посылал маман.

– И счета, – добавила Элен.

– Как Томас? – спросила Элиза.

Элен надула щеки и шумно выдохнула:

– Сонный. Усталый. Испуганный.

– Как и все мы, – засмеялась Элиза.

– А знаешь, судя по этим открыткам, отец по-настоящему любил нашу маман, – сказала Флоранс, вставая с пола.

– Я и не утверждала обратного, – заявила Элиза, глядя на младшую сестру.

– Они очень любили друг друга. Помнишь, как мужественно она держалась на его похоронах?

– Мужественно? – удивилась Элиза.

 – Сестричка, ты никак спятила?

– Почему ты так говоришь?

– Да потому, Флоранс, что на похоронах она была холодной как лед.

Элиза посмотрела на Элен. Та лишь пожала плечами.

– Элиза, ты всегда была против нее. Неужели тебе так трудно проявить больше старания? – спросила Флоранс, у которой задрожала нижняя губа.

– Больше старания? – нахмурилась Элиза. – В чем?

– В симпатии к ней. В любви.

После похорон я у нее спросила: как она теперь будет жить без нашего отца? Она ответила: «Нельзя падать духом. Жизнь продолжается». Разве это не мужество?

Элен становилось все тягостнее слушать этот разговор. Подобные доводы она слышала не впервые и решила сменить тему:

– А помните, как мы распевали рождественские песенки, собирая деньги на собачий приют в Баттерси. Маман не хотела отпускать нас одних, но отец считал, что сопровождающие нам не нужны.

– Мы тогда собрали кучу денег, – засмеялась Элиза.

Элен криво усмехнулась:

– Ты сказала, что их можно потратить на сласти, а приюту отдать совсем чуть-чуть.

Но Флоранс, которая тогда была слишком мала, сердито посмотрела на Элен:

– При чем тут какой-то собачий приют в Баттерси?

Элен надула щеки. Она, конечно же, видела опечаленное лицо младшей сестры. Казалось, Флоранс вот-вот расплачется.

– Маман старалась изо всех сил, – сказала Флоранс, упрямо возвращаясь к волнующей ее теме.