Звёзды в сточной канаве

Тем более, что это единственное, чем можно подсластить пилюлю после позорного изгнания с конференции.

Да, хорошего понемножку. Настала пора возвращаться домой, поджав хвост, где меня ждут унижения и оскорбления. Я понимаю, что за удовольствие надо платить, но чтобы так. Жизнь несправедлива.

* * *

Самолёт оторвался от земли и взял курс на запад, с каждой минутой отдаляя меня от Москвы, где было так весело, и приближая к Калининграду, где мне вскоре станет грустно.

Пока ещё пиво, выпитое у Киевского вокзала, не выветрилось из моей головы, я мог смотреть на ситуацию философски, но завтра утром я проснусь с больной головой и буду слушать лекцию шефа на отборном матерном с небольшими вкраплениями русского, желая пива и лечь поспать.

Но это будет завтра.

А пока надо отвлечься – кино посмотреть, например.

Я придержал портфель на коленях, чтобы он не упал, ощупал плечо в поисках второй маленькой сумки с планшетом и не сразу поверил, что её нет.

Перепроверил – её нет.

Я вспомнил злосчастный столик в ресторане у Киевского вокзала.

«Молодой человек, вы забыли портфель».

А маленькую сумку на стуле не углядела – курица тупая!

Самый дорогой девайс из записанных на меня потерял – теперь мне не выбраться из минуса на кредитной карте.

Но это не самое страшное.

Материалы, бесценные наработки за несколько месяцев!

Одни люди уже делают бэкапы, а вторые скоро узнают, что надо было делать бэкапы.

Всё осталось на карте памяти, вставленной в этот самый планшет.

Я хотел крикнуть во всё горло, но вовремя вспомнил, что вокруг меня другие пассажиры, и издал только сдавленный стон.

* * *

Рейс прибыл в аэропорт Храброво, когда автобусы уже не ходили. Ещё и на такси тратиться придётся.

Наличности не хватало – придётся попросить водителя сделать остановку у банкомата.

В здании, соседнем с тем, где находился банкомат, располагался небольшой магазинчик, где после 10 вечера как бы не торговали алкоголем. За время с момента введения запрета на ночную торговлю спиртным я изучил наличие таких торговых точек во всех районах города.

По дороге из аэропорта водитель спросил:

– Что такой неразговорчивый?

А я угрюмо буркнул:

– Есть причины.

И продолжил переживать о случившемся.

Хмель уже почти улетучился, значит, надо добавить – ещё, чтобы стало светло, хотя бы на миг.

Когда я допил то, что купил в магазине рядом с банкоматом, водитель доехал до развилки в полутора километрах от моего дома.