Не все остались живы

А потом, смеясь в лицо Скалозубу и Фамусову, упал лицом вниз на Ленского.

Павел Афанасьевич кинулся к дочери, лежащей на животе на голубом кожаном диване, который быстро впитывал в себя ее кровь и превращался из голубого в бордовый.

– Соня, дорогая… Жива, кровинушка моя! Жива!!! – Павел Афанасьевич стоял на коленях и ронял соленые слезы на простреленное правое крыло двуглавого члена.

– Какой же ты мудак, папаня. Они же не виноваты ни в чем… – теряя сознание, прошептала дочь губернатора.

В это время Старуха Изергиль на террасе предсказывала будущее Раскольникову, выкачав из него все деньги до последнего юаня. Родион Романович так разозлился, что ударил старуху топором, а потом добавил еще и обушком. Служанка Фамусова Лиза хотела было помочь гадалке, но тоже получила топором по темечку. Председатель Следственного комитета Порфирий Петрович решил арестовать Раскольникова, но, понимая, что одному не справиться, попросил помощи у министра культуры Хлестакова.

Однако тот был в стельку пьян и нес какую-то ахинею про облако дыма-невидимки, которое дошло до Москвы № 2 с запада страны. Порфирий Петрович не стал слушать эту чушь. Надо было действовать, пока министр социального развития не зарубил кого-нибудь еще. Он подкрался к Раскольникову сзади, сделал ему подсечку и, когда тот падал, выхватил топор и со словами: «В страдании есть идея!..» – огрел им Родиона Романовича промеж глаз.

Анна Аркадьевна Каренина ходила по залам дворца какая-то потерянная и говорила, что ей необходима железная дорога.

Когда ей стали объяснять, что в Москве-2 ее нет, она загадочно улыбнулась: «Тогда я утоплюсь, как Лариска Огудалова», – и ушла куда-то, пританцовывая.

Володя Дубровский бегал по дому и искал бензин. «Сожгу всех нах. Огня мне, полцарства даю за огня!» – орал он.

Кирилл Петрович Троекуров и Порфирий Петрович с трудом его повязали.

Соня Мармеладова пела романс Копеечки «Ты возьми меня…» под аккомпанемент отца пресс-секретарю Фамусова Алексею Молчалину.

Полюби меня, не любя,

Без тебя умру я, умру,

Я тебе отдам всю себя,

Ты поверь, тебе я не вру.

Ты возьми меня целиком,

По частям меня ты возьми,

Так желание велико,

Я отдамся тебе в любой миг.

Прикоснись ко мне, прикоснись,

Ты с меня одежду сорви,

Ну приснись хотя бы, приснись,

Я тебе признаюсь в любви.