Агония, 88

И с боекомплектом, чем черт не шутит?

– А там и командование подтянется. – продолжил за него механик. – Может уже есть места расселения для зараженных? И определят нас, друзья, в старую добрую Софию, на берегу моря, где полно звезд, и где еще открыт бархатный купальный сезон.

– Именно, Тилль. – опуская маску на подбородок, выкинув пустую банку в ноги, поддержал его командир. – Заводи. Дождь кончился.

Одиноко стоящий и возвышающийся над безжизненной пустыней, похожий на грязевой холм танк заревел своим двигателем.

Побитая жизнью, оплавленная машина с сорванными боковыми резинотканевыми экранами начала ворочать в еще сильнее раскисшем болоте из грязи и радиоактивной травы свои металлические скрежещущие гусеницы. Рядом вилась узкоколейная, словно сельская, железная дорога, а по другую сторону были покосившееся деревянные столбы с оборванными проводами и разбитыми изоляторами. Были тут и таблички, но в большинстве своем краски, едкие в своих оттенках, замараны. Слова едва читались на искореженных обрывках мятого металла. Все здесь было как из лихорадочного сна, как из худших представлений о том, что ждет зеленую планету после атомной катастрофы. Полное погружение в кому, отказ от цивилизации и разрыв всех возможных путей сообщения одной точки, светившейся до недавнего времени на коже Земли, с другой.

На одном из столбов передавалось зацикленное и ужасающее из-за своего хрипа и голоса сообщение, ровным металлическим тембром:

– …Гражданскому населению немедленно укрыться в оборудованных убежищах! Внимание! Атомная тревога! Гражданскому населению…

Танкисты уже видели подобные столбы и каждый раз было загадкой, благодаря какой же силе эти незамысловатые мегафоны еще держат свой электрический заряд, и все продолжают упорно предупреждать уже мертвое гражданское население о приближающемся конце.

– …Внимание! Атомная тревога!..

Над раскисшей землей в дожде отрывисто звенела сирена. И от одного только этого звука, от воспоминаний вспышек и того, как грозные боевые машины встают как по команде мертвыми, в жилах стыла кровь.

– …Внимание! Атомная тревога!.. – и снова душераздирающий рев сирены. – …Гражданскому населению…

Юрген не выдержал и дал очередь из башенного пулемета точно тогда, когда должна была снова зазвучать сирена. Столб словно срезало циркулярной пилой, и он упал динамиком в грязь. Оборвались всякие провода, но над головой снова раздалось:

– …Атомная тревога!..

Соннеман медленно повернул голову на наводчика.