Агония, 88

 – оттянув пальчик, добавила: – Я знаю, где можно достать припасов.

– У тебя закончилось белье? – снова уставившись ей на грудь, спросил Хорнет.

– С чего ты взял? – мгновенно насторожилась она, опустив голову. – Сильно видно?

– А сама-то ты как думаешь? – ответил он ей ловкой ухмылкой. – Ты ведь все-таки физик, образование имеешь. И не можешь сообразить, что черное просвечивает под белым?

– Понадеялась, что рубашка скроет. – опечаленно выдохнув, она выкинула стаканчик в урну. – Ко мне сегодня… – глянула на золоченые часики на запястье.

 – Должен прийти мистер Кроули. Решила, что не успею переодеться, потому вот так.

– Кроули, это…

– Начальник продовольственного склада на территории военных. – скороговоркой ответила Саманта. – Это уровень… Семь, насколько помню. Или шестой. Что-то он говорил, я все прослушала. Он готов поделиться армейскими запасами. Я могу и за тебя постараться!

Она настолько громко усмехнулась, что Джейк, испытав какое-то странное чувство стыда за нее, огляделся по сторонам.

Но коридор пустовал. Время было позднее и по еще сохранившемуся пока распорядку, была ночь. Те, кто не нес дежурство около еще исправных приборов, спали или занимались чем-то в своих квартирах на четвертом уровне. Остальные – были по своим местам и выходили в коридор либо чтобы покурить, либо, чтобы выпить этого пресловутого кофе. А стыд Джейк ощутил лишь потому, что, как сам себе твердил, ее образ абсолютно не сочетался с ее манерой себя вести. Для Хорнета она была тем, кого он обязательно вспоминает перед тем, как уснуть. Ореол ее почти непогрешимой идеальности и чистоты вогнался ему в подкорку. Он каждый раз представлял, как запускает руку ей в волосы, ощущая их мягкость и шелковистость, и каждый раз понимал, что за него, наверное, в тот же самый момент времени, кто-то их наматывал на кулак.

– И чем армейцы лучше меня? – обиженно спросил он, все же подняв глаза.

– Хм. – задумалась Сэм. – А здесь вероятно все просто, Джеки. В этом плане все лучше тебя.

– Вот, вообще здорово…

– Нет, ты не понял. Не обижайся. Я тебя бесконечно люблю, но ты ведь мой друг. И мой главный друг. Я ведь их не люблю, я их использую. А секс – это самый доступный способ манипуляции, особенно в таких условиях, как наши. Ты ведь не хочешь, чтобы я использовала к тебе те же самые приемы, которые использую для тех, кого использую… Вот-ведь, трижды повторилась, черт возьми… – собирая слова, она выдохнула и поглядела на собственные туфли.