Агония, 88

На него смотрел не живой человек, не Гарри, которого он знал, а обросший желтовато-синеватой кожей скелет с безумными выпученными глазами, которые смотрели только на него. Ребра под его запятнанной кофе рубашкой вздымались, а затем снова стремились к позвоночнику. Он дышал часто и пунктирно, иногда присвистывая через запененные зубы.

– Что это… Джейк…? – опустив свой выпученный и обезумевший взгляд на коробку с консервами, архивариус сделал шаг вперед.

Хорнет моментально сдал назад, оставаясь с ним на расстоянии.

– Это… – пытался собрать мысли в голове он. – Я обещал принести… Консервы тебе.

– Консервы?! Еда?! – мгновенно оживился тот, облизнув сухие растрескавшиеся губы. – Это еда?!

Джейк услышал, как архивариус слегка засвистел через губы, медленно двинувшись к коробке с консервами. И вдруг необычайно сильно, до побеления ногтей на пальцах, сжал виски и скрючился как креветка, падая на пол. Хорнет едва успел его поднять, и вдруг оказался отброшен в сторону.

Едва поняв, что вообще произошло, Джейк глянул на метнувшегося к консервам мужчину, что жадно вскрыл коробку и достал оттуда одну из консервов. Гарри вцепился в ее жестяную крышку пальцами. Хорнет не мог поверить, что архивариус был способен на такое прежде, но то, что он увидел дальше, совсем повергло его в неописуемый шок. Гарри, распарывая собственные пальцы, кряхтя и сопя через нос, пытался оторвать крышку от банки, даже не попытавшись воспользоваться ключом.

– Гарри! Гарри! – бросился к нему Джейк, пытаясь вырвать банку у него из рук. – Что происходит, Бог мой!?

– Еда! Еда! – как заведённый рычал тот, капая кровью с рассеченных пальцев на пол. – Неужели ты хочешь?! Ты хочешь моей еды?! Я убью тебя за свою еду!

– Эй! – он попытался вырвать банку из его рук, но получил сильный укус в палец. – Твою мать! Какого черта ты творишь! Отцепись от банок!

– Закрыта, она закрыта! – не обращая внимания, твердил архивариус.

С мерзким хрустом и скрипом, он вонзился в заляпанную кровью крышку зубами, совсем перестал чувствовать всякую боль. Этого Джейк испугался сильнее. Что за сила двигала его мышцами, его мозгом?.. Полноценное безрассудство, дьявольское безумие и настоящая чертовщина творилась сейчас перед глазами Хорнета.