Ария длиною в жизнь

Когда мы проплывали мимо Волгограда, он на палубе очень оживился и все показывал мне: вот там стояли наши части, там стояли танки, а там были немцы. Было видно, что отец как будто заново все переживает.

До войны моя мама преподавала русский язык и литературу в одной из военных академий Ленинграда. В этой же академии работал и мой отец. Не удивительно, что постоянно встречаясь в академии, пути моего отца и матери, в конце концов, пересеклись, и в результате этого пересечения появился я. Но это не сразу. Незадолго до моего рождения академию, в которой работали мои родители, перевели в Москву.

В результате и отец, и мама оказались в столице. Вот поэтому я и родился в Москве.

Отцу дали комнату в коммунальной квартире на Писцовой улице, позади стадиона Динамо. На этой же Писцовой улице в роддоме я и родился. Как мне потом сказали, это произошло 24 декабря в 1938 году.

Я постепенно рос, рос и стал маленьким мальчиком. И вот, по воспоминаниям моей сестры Ляли, женщины на кухне в коммунальной квартире развлекались так.

Они меня, двухлетнего, ставили на табурет и просили петь. Тогда было очень популярна неаполитанская песня, название которой я не знаю, но по рассказам сестры, там были такие строки: «Быть тебе только другом, а не любить тебя, о, нет, о, нет, о, нет, не в силах я.». И все дамы на кухне очень веселились, когда я, от неумения еще произносить некоторые буквы, коверкал слова. Я прошу засчитать мне это, как мои первые публичные «выступления».

А дальше?..

А дальше началась ВОЙНА.

Как меня с мамой вывозили на Урал в эвакуацию, я не помню. Потом мне рассказали, что нас поселили в селе СаранА (Пермская обл, Красноуфимский р-н). Меня отдали в детский дом, т. к. мама постоянно работала, и сидеть со мной было некому. Судя по всему, мама работала даже не в самой СаранЕ, а где-то в другом месте. Этот вывод я делаю из того, что она не могла ко мне часто приезжать, а приезжала очень редко. Помню, что меня очень удивило, когда вдруг на территории детдома после долгого перерыва появилась мама.

Я не мог понять, откуда же она взялась… В моем детском уме это никак не укладывалось.

Жизнь в детдоме я почти не помню. Помню, только два случая. Наш детдом был огорожен типичной, как это делают в деревнях, изгородью, т. е. вбивают в землю колья на определенном расстоянии, а между ними по горизонтали прибивают три параллельные земле слеги. (слеги – это стволы молодых деревьев с диаметром ствола не более 4–5 см.).