Рыба для президента

Во-первых, предлагаю выпить за то, чтобы вечно жило наше братство, суть которого понимаем только мы одни!

Все поднялись, в глазах у некоторых даже блеснула слеза. Как сказано! Сразу чувствуется – школа!

– Во-вторых, – продолжил Власин, когда хозяева расселись и звонко, как по команде, захрустели упругими малосольными огурцами, – я вынужден просить вас об особом внимании к тому, что сейчас скажу.

Стаканы, жареное мясо, огурцы и квашеная капуста были немедленно оставлены в покое. На лицах у всех отразилось предельные внимание и почтительность к большой государственной задаче, представленной «скромной» личностью майора Власина.

– Итак, товарищи, нам предстоит выполнить две задачи. Первая: обеспечение оперативной безопасности визита в ваш чудесный город товарища Косыгина… – Власин сделал паузу и обвел всех неожиданно трезвым и ясным взглядом. Удовлетворенный увиденным, продолжил: – и президента Республики Франция генерала Шарля де Голля. Надеюсь, вы понимаете, всегда найдутся недоброжелатели, даже, можно сказать, враги, которые пожелают сорвать к чертовой матери наши мирные инициативы.

В то время как все прогрессивное человечество с надеждой взирает на освоение советскими людьми бескрайних просторов космоса, акулы и ястребы… фигурально выражаясь, конечно, стремятся разрушить французско-советскую дружбу, основанную на обуздании, так сказать, того же космоса… о котором я выше уже говорил.

Власин почувствовал мощный прилив необычайного вдохновения, которое, должно быть, посещает вождей в минуты их власти над толпой.

Взгляд его блуждал по верхушкам деревьев, поднимался выше к облакам, к слепящему солнечному диску, словно испрашивая поддержки в ожидании всемирного зла, готового обрушиться на родную землю из мрачного враждебного пространства.

Под столом неожиданно тягостно завыла собака. Кто-то нервно пнул ее ногой, и она, отчаянно взвизгнув, откатилась в сторону.

– Ишь, перебивает. Тварь, а туда же.

Тоже ведь слово просит! – хохотнул капитан Рубальский, высокий, кудрявый молодой человек, с вытянутым лицом и белесыми, чуть на выкате, глазами. – Да вы не обращайте внимания, товарищ майор! Говорите!

Власин вздохнул и хотел было продолжить, но вдруг где-то внутри него, глубоко и неслышно для посторонних, зазвучал суровый голос давно умершего деда: «Не сметь! Не сметь!» Власин вздрогнул и стал оглядываться, не слышал ли кто еще этот властный окрик.