Сборник «Краснокаменск»

 – Девочек?

– Хотелось бы… Но у него жена, Ира, в Красноярске. Если узнает, то вся банда, считай, распадётся. К тому же, она и не знает, что именно Гога глава «Чёрного журавля».

– Понятно. Надо у Вадима узнать, – сказал я.

– Точно! – произнёс Ося и зашёл в свою комнату.

Он разговаривал по телефону минут пять. Выйдя из комнаты, Денис сообщил:

– Так, Вадим сказал, что можно подарить ему чёрный родстер. Если не хватает средств, то можно золотой автомат купить.

Я посмотрел на него удивлённым взглядом.

Ося закатился громким смехом.

– Не смешно! – сказал я. – Так что дарить?

– Вадим сказал, что для Гоги нет лучшего подарка, чем хорошая работа его подчиненных, так что можно прийти и без подарка: каждая наша работа заканчивается успехом, – ответил Денис.

Прошла неделя

Я собирался на день рождения Гоги. За окном послышалась сигнализация моей машины. Выйдя на балкон, у своей машины я увидел Осю, который кричал: «Что ты так долго? Я уже заждался!». Я быстро надел пиджак, взял ключи от машины и вышел из квартиры, закрыв её.

На пассажирском месте моего кабриолета сидел Денис. Как только я сел за руль, Ося попросил посадить его за руль. Я отказал ему, напомнив про его старые автомобили. Я завёл авто, и мы поехали в гостиницу «Света».

У неё стояло много машин. Так много, что мне пришлось парковаться возле гаражей, которые находились за гостиницей.

Внутри здания столы были поставлены буквой «Т». За последним столом сидел Гога, напротив которого были люди «Чёрного журавля», а справа от него – Вадим, напротив которого находились члены банды «Робопарни».

Рядом с Гогой были два пустых места, которые Гога специально забронировал для нас. Мы сели на них и принялись трапезничать. Все, кроме Гоги, Вадима и меня со Осей, одеты в кепки, банданы, куртки, шорты, а кто-то даже в солнцезащитные очки. Я шепнул Денису на ухо: «Почему члены банд отличаются от нас? Мы в деловом – они по-уличному». Ося, прожевав салат, ответил мне заплетающимся языком: «Я же тебе говорил: мы – лучшие из лучших, так что мы могли прийти в чём угодно». Меня удивило, что за каких-то 5—10 минут Денис стал пьян в стельку. Не забивая голову ерундой о внешнем виде, я продолжил отмечать праздник Гоги.

Через полчаса или час Гога решил сказать тост. Он поднялся с места, постучал вилкой по рюмке, чтобы его все услышали и была гробовая тишина, и произнёс: «Атлеты! Ну лучше сегодня вас называть кореша. Сегодня, как тупому известно, у меня днюха.